— Можно для начала провести воздушную разведку, — робко предложила Крокки. И все разом посмотрели на Архипушку.
— Не надо на меня так смотреть, — и археоптерикс покраснел даже сквозь перья. — Я их ужасно боюсь. Мне только потому удалось тогда сохраниться, что я от страха заполз в самую дальнюю пещеру, укрылся крылом и впал в забытье.
— Ну, теперь-то тебе сохраниться не удастся! — Громкно гавкнула тетя Гэла и щелкнула пастью, нечаянно откусив часть Архипушкиного оперенья.
Тому ничего не оставалось, как согласиться. Неслышной белой тенью он мелькнул и растворился в воздухе, остальные остались ждать. Прошло много времени, прежде чем он вернулся назад.
— Я видел нашего малютку, даже покормил его карамельками, он так исхудал бедняга. Он на самом верхнем ярусе. Если бы не мой музыкальный слух…
— Почему же ты не забрал его? — Напустилась на него тетенька, вытирая прозрачную слезинку.
— Но ведь там есть решетка и толщина прутьев в вашу лапу, мадам. — А шуметь нельзя — у червей отменный слух.
— Мы найдем выход, — сказал папа. — Нужно возвращаться домой.
Дома отец семейства закрылся в мастерской и что-то там мастерил в одиночку. А через некоторое время на свет божий выкатилась готовая установка. До утра оставалось совсем немного времени, и крокодилы поспешили в логово врага. По дороге папа подробно инструктировал Архипушку, как пользоваться прибором:
— Все просто, ты устанавливаешь резиновые шланги со специальными отверстиями вокруг прутьев решетки и начинаешь прокачивать смесь кислот. — Рецепт адской смеси папа изобрел давно, железо она растворяла практически мгновенно.
Археоптерикс, не смотря на возраст, все хорошо понял, взвалил баллоны на спину и полетел вызволять малютку-крокодильчика. Остальные остались ждать. Как долго тянулось время! Но вот рядом плюхнулся взъерошенный комок перьев и аккуратно выпустил из лап перепуганного Кори.
Тетя Гэла тут же обняла малыша, хотя тот кусался, как бешеный, от избытка чувств и некоторого одичания. Домой крокодилы возвращались победителями, не зная, что радость их будет недолгой.
Глубокой ночью, когда все уснули, Дилли долго ворочался, слушая храп сородичей. В полной тишине он прошелся по комнате, попил водички, поправил одеяльце у маленького брата и вдруг ощутил под ногами подземные толчки. Сначала слабо, затем все сильнее и сильнее, как будто грозные волны катились к крокодильему домику.
— Вставайте! — Крикнул мальчик изо всех сил, но уставшие родственники даже не шевельнулись. — Пожар, землетрясение! — Продолжал он, но разбудить никого не удалось.
«Остается только старое испытанное средство», — пронеслось у него в голове — реанимировать папин звонок. Дилли соединил проводки, выставил максимальную громкость и нажал на кнопку. Раздался лязг, от которого в свое время съехали многие соседи. Эффективность такой побудки оказалась поразительной — крокодилы проснулись. А подземные толчки продолжались.
— У нас раньше никогда не было землетрясений, — удивленно сказала мама.
— А это и не землетрясения, это черви! — Истерически выкрикнул Архипушка и зачем-то напялил парик тетушки Гэлы, мамину шубу и спрятался под матрас.
— Тьфу, — в сердцах плюнула старая аллигаторша, глядя на столь недостойное поведение — Сколько ни воспитывай птицу — крокодилом она не станет.
Пожилая воительница нацепила на грудь металлический таз, а в руки взяла огромный гарпун, с которым папа мечтал охотиться на китов. Все остальные тоже вооружились, кто чем мог и выскочили на улицу. Как потом оказалось — вполне вовремя. У самого крыльца образовалась огромная воронка, из которой показалась безобразная голова с тремя рогами. Не растерявшись, престарелая амазонка метнула в нее гарпун, голова исчезла, но позади тетушки образовалась еще одна яма.
В считанные секунды существо с единственным рогом подцепило аллигаторшу, перевернуло ее вверх тормашками и подняло высоко от земли.
— Брось меня, грязное животное, я откушу тебе голову! — Дальше шли неописуемые ругательства, на которые была способна тетенька в присутствии племянников.
Но страшилище ничуть не пугали эти угрозы, оно болтало тетушкой из стороны в сторону, и та уже вопила не от злости, а от боли. Дети швыряли в червя камнями, но это никак не помогало. Вдруг откуда-то сверху на чудовище спикировало нечто и продырявило ему башку. От неожиданности оно выпустило добычу, так что та мягко шлепнулась в грязь. Дилли присмотрелся к спасителю и заорал:
— Да это же наш Архипушка! Ура! Ура храброму парню!
— Ну как я мог оставить в беде пожилую леди, она так кричала бедняжка, — сказал археоптерикс, скромно потупив глазки.
— Не смейте называть меня пожилой леди, а тем более бедняжкой, — как ни в чем не бывало ответила тетушка, поправив растрепавшуюся прическу и тазик на груди.
— Продержитесь немного, — папа быстро метнулся к знакомой кладовке.
