Полная, ленивая луна медленно плыла по небосклону, озаряя своим сиянием притихшие, темные волны моря, казавшегося ночью просто ослепительно-черным. Залюбовавшись умиротворенным видом, Кристин сонно протерла глаза, готовясь уже отправиться в чарующее царство Морфея, но внезапно услышала чьи-то приглушенные шаги и непонятные, расплывчатые тени на стене, принадлежавшие как будто призраку. Яркий, серебристый ореол приближался все ближе и ближе, и через миг Мария внезапно вскрикнула, ощутив, как чьи-то ледяные руки заскользили по ее плечам. Обернувшись, девушка с ужасом созерцала напротив себя стоявшую Рочелл. Лицо женщины как будто принадлежало ослепительно-красивому…покойнику. Бледная, почти белая кожа светилась подобно мелким бриллиантам, алые, влажные губы подрагивали, обнажая маленькие, но острые клыки, а глаза, подведенные черной краской, казались просто красными, и Кристин внезапно заметила, как они и вправду наливаются настоящей кровью, готовой в любой миг заструиться по белоснежному лицу. Молодая женщина не знала, почему эта дама так изменилась с приходом ночи, ведь сейчас она уже откровенно напоминала настоящего вампира, а такому тяжело скрываться среди обыкновенных людей.
Холодный, суровый голос вывел англичанку из блуждающих мыслей: – Тише, успокойся, я клянусь, что не причиню тебе вреда, – только сейчас Мария заметила, как рука Рочелл упирается ей прямо в плечо, а сама она стоит вплотную к стене, созерцая прямо над собой устрашающее лицо женщины Тьмы.
– Убирайся вон, что тебе здесь нужно?!
– Умоляю, выслушай меня. Все, что я сейчас скажу, чистая правда и ты поверишь ей, – последние слова как-то неприятно коснулись ушей Кристин. Вздрогнув, как от удара молнии, девушка почувствовала на каждом кусочке тела горячий, томительный огонь, и внезапно поняла, что уже не может отвести взгляда от пронзительных глаз вампира: – Ты – племянница мсье Изидора де Франсоа и мадам Алексис Митчелл. Твои родители умерли много лет назад, и тогда тебя едва не убил Режинальд из-за жажды богатства и желания завладеть твоим наследством, но родственники вовремя спасли тебя и спрятали в родовом поместье на юге Аквитании. Там ты провела свое беззаботное детство в объятиях доброй, милой тети. Но, увы, неделю назад случилась ужасная трагедия, отобравшая у тебя и красоту, и память. Мсье Изидор отправился на охоту, взяв с собой управляющего и главного охранника. Поместье осталось без мужской поддержки, представляя собой лучшую мишень для разгневанного мистера Митчелла. Этот негодяй обманом принудил тебя выйти ночью без служанок в пустой сад, где и произошло ужасное событие. Сначала Режинальд мирно и спокойно предлагал тебе добровольно пойти с ним под венец, и после церемонии передать все наследство ему, а самой уединиться в монастыре. Подлец обещал, что не причинит тебе никакой боли во время брачной ночи, нежно и медленно возьмет тебя, подарит рай неземных наслаждений. Ты же, как истинная леди, отказалась и достойно ответила на причиненное оскорбление, но, увы, непокорность и пылкий жар только разожгли ненужный огонь в сердце мерзавца. Он, словно обезумевший зверь, потащил тебя вон из территории замка через черный, потайной вход, и там, в глухих зарослях, наедине с молчаливой и безразличной природой, причинил тебе ужасную боль и страдания, вместившиеся в одну долю секунды. Подлец пролил тебе на лицо страшный яд, что уничтожил и красоту, и молодость. Из-за дикой боли ты провалилась в беспамятство, а очнулась уже на корабле, но память так и не вернулась. Режинальд придумал хитроумный, жестокий план: сначала он притворится твоим спасателем, другом, а потом просто бросит в самое ядро смертельного огня. Послушай, завтра на рассвете корабль отправиться к английским берегам, где ты и перестанешь дышать. Пока мы очень близко к Аквитании, на твоей родине, есть еще возможность сбежать и спасти свою жизнь. Я посажу тебя в лодку, и молчаливый, преданный слуга отвезет тебя в самое сердце Бордо [29], где ты встретишь своих родных. Решайся. Верь мне, – Рочелл, закончив свою длинную, изнурительную речь, хищно усмехнулась. Она – вампир, и девушка отлично понимала, что эта девчонка – лишь ее жертва, и поверит любому выдуманному слову. Вот и сейчас, широко распахнув глаза, Мария, вжатая в стену, невидящим взглядом скользила по мисс Митчелл, и через секунду протянула той свою руку, как будто говоря: «Я согласна. Я – твоя рабыня, делай, что пожелаешь».
– Крист…, – молодая женщина себя во время отдернула и замолчала. Вампир, налаживающий гипноз на свою добычу, не должен произносить ее имени, ибо он разговаривает с ее душой, а у души нет прозвания, и если служители Тьмы его затронут, значит, прикоснуться к сущности человека, и тогда никакой приворот не возможен.
