И наблюдал. Особенно за Расулом, одетым в шелковый халат с узорами цвета лесной зелени и старой слоновой кости. Он был весел, широко улыбался и говорил громко, очень напоминая в эти мгновения своего деда, Первого среди Королей. Его жена, молодая женщина невероятной красоты, одетая в платье цвета слоновой кости с нефритовыми оттенками, чтобы сочетаться с мужем, не отходила от Расула ни на шаг, жонглируя комплиментами и приятностями не хуже, чем он.
Рамаду пришлось признать, что они и вправду достойно представляют Короля Кирала, однако стремление Расула полностью управлять беседой убедило Рамада, что все получится. Люди, которые знают, как много могут потерять, обычно становятся податливее.
Ужин был превосходен: жареные янтарники, фаршированные сельдереем, водяные каштаны и рис с трюфелями, салат из копченых пальмовых сердцевин, финики в карамели и лимоны, моченые в хересе. На десерт же подавали розовое мороженое на теплых тартах с маринованным имбирем и грушами, а также двенадцать лучших каимирских деликатесов и шарахайских блюд, дабы почтить гостей из Обители Королей.
В конце ужина Мерьям произнесла краткую заздравную речь и подняла тост в честь Шарахая, как и положено новой правительнице Каимира.
Рамад не вслушивался, он наблюдал за лицами собравшихся. Ихсан вежливо улыбался и кивал в нужных местах, Бешир, тихий, с длинным, скорбным лицом, явно скучал, Шукру же наблюдал за Мерьям с нескрываемым отвращением. Рамад понятия не имел, зачем он вообще принял приглашение. Выглядел он так, будто предпочел бы питаться объедками, чем сидеть на светском ужине.
Когда с ужином было покончено и прислуга убрала со столов, Рамад, увидев, что Мерьям, как договорились, отвлекает жену Расула, протиснулся к юному царедворцу сквозь толпу.
– Боюсь, вашу жену пленили надолго, – сказал он.
Расул приветственно поднял бокал и кивнул.
– Господин Амансир! Рад, что мы наконец можем поговорить.
– Взаимно, – Рамад в свою очередь приподнял бокал и поманил Расула в темный угол. – В Каимире, как вы можете видеть, перемены.
– Истинно так. Мои поздравления и соболезнования.
Они чокнулись и выпили в память о царе Алдуане.
– Сколько же вам с царицей довелось пережить за последние месяцы! Я ушам своим не поверил, услышав.
История, которую они сочинили для остальных, гласила, что Алдуан погиб в пустыне от сердечного недуга. Он хотел попутешествовать по Шангази и приказал отправляться в путь несмотря ни на что, но не выдержал жары.
– Что ж, время не стоит на месте, – заметил Рамад. – Однако, надеюсь, что перемены, подобные нашим, не коснутся Шарахая.
– На все воля богов, – Расул поднял бокал и отпил немного. Рамад, однако, к нему не присоединился.
– По правде сказать, я кое-что хотел обсудить с вами сегодня. Нечто… – он стрельнул глазами в сторону Ихсана, – …деликатное.
Расул с любопытством прищурился.
– Продолжайте.
– В Шарахае назревает беда, и весь город об этом знает.
– Аль’афа Хадар? – Расул засмеялся. – Не волнуйтесь, с ними скоро будет покончено. Как и со всеми, кто противится воле Королей.
– Знакомые слова, и зачастую верные, однако устоит ли Шарахай, если его предадут свои же?
Улыбка Расула померкла.
– У вас есть доказательства?
– Да.
– Расскажите же мне.
– Враг узнал государственную тайну, – произнес Рамад спокойно, будто рассказывал о морской прогулке. – Тайну, которой Короли дорожат так яростно, что готовы за нее убить, развязать войну. А выдали ее…
Расул сглотнул.
– …вы, дорогой мой.
Лицо Расула окаменело. Как по команде из толпы вышли двое хлыщей, сопровождавших его. Расул отмахнулся, и они направились к улыбающемуся Базилио.
– А теперь объяснитесь, пока я не вонзил нож вам в сердце, – потребовал Расул.
– Вы знакомы с Лоскутным принцем?
Расул побледнел, как кость под пустынным солнцем.
– Я… кто…
– Он также известен как Рваный. Он помогает тем, кто отличается… нездоровой любовью к черному лотосу. Полагаю, он недавно помог вам. Возникает вопрос: почему именно вам?
Расул уставился на него как человек, которого уносит в море на льдине.
– Внук Короля Кирала, – продолжил Рамад. – Тот, кто может знать о чем-то невероятно ценном для Королей и Шарахая.
– Я не знаю, что вы такое услышали, господин Амансир, но… – его голос дрожал. – Да, я могу, порой, покурить, это всем известно, но вовсе не значит, что…
– Человек, который вам помог, собирает сведения. Он помогает людям справиться с черным лотосом с помощью драгоценного камня, сапфира. Вы этот сапфир видели?
Расул молчал. На шее у него билась нервная жилка.
– Видели. И чувствовали. Он забрал у вас пагубное желание, не так ли? Вобрал в себя. И вы наверняка много за это заплатили. Вот только он не сказал вам, что часть его осталась с вами. Этот Лоскутный принц смотрит вашими глазами и слушает вашими ушами.
– Не может быть…
– Может. Я рассказываю вам об этом, господин Расул, потому что мы с моей царицей друзья Шарахая и не питаем никакой любви к Аль’афа Хадар, как вам известно. Через вас этот Лоскутный принц пробрался в Обитель Королей и узнал страшную тайну.
– Какую тайну?
