Это была правда. Они все еще находились во власти Камеил. Видно, она позвала их, но добраться они не успели.
Керим не послушает ее, если его не заставить. Он уже решил, что она недостойна. Однако времени заботиться о его чувствах не было. Зная, что оскорбит Керима, она все же попыталась подчинить его своей воле. Он сопротивлялся, к тому же власть Камеил над ним была сильна, но постепенно Чеда добилась своего.
Гнев Керима пылал ярко, как костер: он ненавидел теперь не только Королей и Дев, но и Чеду. Особенно Чеду.
«Я не хотела этого делать», – сказала она. Керим промолчал.
Чеда обернулась к другому асиру.
«Назови свое имя».
Асир вывернула шею, словно сам вопрос причинял ей боль, бросила быстрый взгляд желтых глаз на Керима, будто спрашивая разрешения.
– Твое имя, – вслух потребовала Чеда. Серебряные копья удивленно переглянулись.
Асир сглотнула и издала жалобный, булькающий звук, от которого у Чеды слезы наворачивались на глаза. Но вот она попыталась снова, и в этот раз звуки, хриплые, точно скрежет несмазанной лебедки, сложились в имя:
– Минолия.
Чеда не ожидала, что она скажет это вслух, но асир явно горда была своим достижением.
«Ты поможешь мне, Минолия?»
Та долго молчала. Чеде не хотелось заставлять ее, как Керима, но наконец асир кивнула.
Чеде удалось втиснуться между ней и Камеил, как нож втискивается между половинок грецкого ореха. Разорвать эту связь оказалось легче, чем предыдущую, – тяжело было думать о том, что придется объясняться с Камеил, Сумейей – и Месутом, конечно. Но делать нечего, без помощи асиримов тут было не обойтись.
«Поверните его», – велела она, указав на насос. Минолия тут же послушалась и схватилась одной рукой за рукоять, а другой за нос насоса. Керим припал к земле, скребя ногтями и скуля, как гиена, но в конце концов подчинился – схватился за основание и потянул.
– Нам помочь, Дева? – спросил командир, хотя по нему ясно было видно, что он надеется на отказ.
Керим вряд ли напал бы на них, но Чеда не хотела испытывать судьбу. Она указала на декоративный камень в корнях финиковой пальмы.
– Нет. Подкатите вон тот камень ближе, будьте готовы застопорить механизм.
Мускулы асиримов напряглись, обломки желтых зубов обнажились в жутких гримасах, и, мало-помалу, насос начал поворачиваться. Когда в дыре стали видны ступени, ведущие вниз, Копья быстро закатили туда камень, чтобы вход не закрылся снова.
Чеда взяла у здоровяка-стражника фонарь и начала спускаться по узкой винтовой лестнице. Асиримы следовали за ней на четвереньках, как собаки, почуявшие дичь. За ними следовали восемь Серебряных копий. Им пришлось преодолеть ступеней тридцать, прежде чем они очутились на земле.
Не дожидаясь остальных, Чеда выхватила саблю и побежала вперед по коридору. Болтающийся фонарь высвечивал бугристые стены из песчанника. Вскоре они добрались до развилки, но кровавый след на полу был достаточно ясным указанием, куда идти.
Они долго петляли по коридорам, и вскоре стало понятно, что это не просто подземное убежище, а древняя постройка – возможно, храм старых богов, а может, один из первых храмов богов молодых.
Слева зиял темный дверной проем, воняющий гнилью так сильно, что к нему тяжело было даже подойти.
Асиримы ринулись туда первыми, принюхиваясь и взвизгивая во тьме.
Чеда последовала за ними, закрывшись рукавом в бесплодной попытке уменьшить вонь.
В центре комнаты стояли шесть каменных лож, на них влажно блестело что-то, напоминающее человеческие останки. Чеда подняла фонарь повыше и разглядела на ближайшем ложе смутные очертания ног, торса, рук и головы. От вони у нее закружилась голова. Боясь упасть в обморок, Чеда быстро осмотрела комнату и вернулась, радостная, что может наконец отдышаться.
Где-то впереди послышался яростный боевой клич и звон стали.
– Вперед, – скомандовала она асиримам. – Найдите их. Защитите моих сестер.
Асиримы замешкались. О, как они желали разорвать ее и Серебряных копий! Но разрешение уничтожать, причинять боль другим, кое-как усмирило их голод, поэтому они с невероятной скоростью ринулись на звук.
Впереди показался огромный зал с чудовищными колоннами. На каждой висел фонарь, но самый яркий свет исходил от трупа, горящего сине-зеленым пламенем посреди зала. Воздух наполнен был едким дымом. Чеду замутило.
На другом конце зала она разглядела гигантскую статую, уходящую под потолок. Она представляла собой некое забытое божество, преклонившее колени и развернувшее руки ладонями вверх.
У божества была шакалья голова, опаловые глаза насмешливо сверкали. Вокруг горящего тела лежала дюжина мертвецов в таубах и куфиях кочевников, битва кипела у подножия статуи: Сумейя, Камеил, Мелис и Индрис отбивались от толпы врагов. Чеда поспешила было к ним, но вовремя заметила движение в туннеле справа от статуи: обнаженная фигура, шатаясь, выступила из тьмы… И Чеда затаила дыхание.
– Спаси нас Бакхи… – прошептал рядом стражник.
Появившееся создание когда-то было мужчиной: при каждом движении иссохший уд болтался между его ног. Но теперь оно превратилось в гору плоти, покрытой пятнами гангрены.
