— Нет. Я сказал полиции, что как только они установят какую-либо связь между делами о пропавших без вести лицах и моим клиентом, он будет чрезвычайно рад пройти анализ ДНК. Больше они к нам не обращались.
— Хм…
Рёд хлопнул в ладоши.
— Это все, Харри. В общих чертах. Хотелось бы теперь услышать твой план сражения.
— План сражения?
Рёд улыбнулся:
— В общих чертах.
— Если в общих чертах, — ответил Харри, подавляя зевок (сказывался перелет через несколько часовых поясов), — мой план — найти убийцу как можно быстрее.
Рёд ухмыльнулся и взглянул на Крона.
— Это очень расплывчато, Харри. Нельзя ли более конкретно?
— Что ж. Я буду расследовать это дело так, как расследовал бы его, будучи полицейским. То есть — без каких-либо обязательств и не учитывая ничего, кроме истины. Иными словами, если улики приведут меня к тебе, Рёд, я расправлюсь с тобой, как с любым другим убийцей. И получу свою плату.
В наступившей тишине зазвонили куранты городской ратуши.
Маркус Рёд усмехнулся.
— Суровая речь, Харри. Оставайся ты полицейским — сколько лет тебе потребовалось бы, чтобы собрать такую плату? Десять? Двадцать? Сколько вы, парни, вообще зарабатываете в своих полицейских участках?
Харри ничего не ответил. Куранты продолжали звонить.
— Ну, — Крон сверкнул зубами в быстрой улыбке, — то, о чем ты говоришь, Харри, мы как раз и хотим получить. Как я уже говорил тебе по телефону: требуется независимое расследование. Так что мы на одной волне, хотя ты высказался довольно прямолинейно. Ты человек честный и добропорядочный, какой нам и нужен.
— Ты ведь такой? — спросил Рёд, поглаживая подбородок большим и указательным пальцами и глядя на Харри. — Добропорядочный?
Харри заметил, что глаза Рёда снова сверкнули, и отрицательно покачал головой. Рёд наклонился вперед, весело улыбнулся и тихо спросил:
— Ни капельки?
Харри улыбнулся в ответ:
— Только если ты можешь назвать добропорядочной лошадь в шорах. Она не блещет умом, а просто делает то, к чему приучена: не позволяя себе отвлекаться, бежит прямо вперед.
Маркус Рёд засмеялся.
— Хорошо, Харри. Это хорошо. Нам это подходит. Хочу, чтобы первым делом ты собрал команду из лучших людей. Предпочтительно — из людей известных. Расскажем об этом журналистам. Чтобы они увидели, что мы настроены серьезно, понимаешь?
— Я уже знаю, кого привлечь к делу.
— Отлично. Как ты думаешь, через какое время получишь от них ответ?
— Завтра к четырем часам.
— Уже завтра?
Рёд понял, что Харри говорит серьезно, и снова рассмеялся.
— Мне нравится, как ты действуешь, Харри. Давай подпишем контракт.
Рёд кивнул Крону, тот вынул из портфеля лист бумаги и положил перед Харри.
— В контракте указано, что задание считается выполненным при наличии соглашения о признании вины по крайней мере тремя юристами в правовом отделе полиции, — пояснил Крон. — Но если суд оправдает обвиняемого, гонорар должен быть возвращен. Это соглашение по принципу «нет результата — нет оплаты».
— Зато с бонусом, которому позавидует любой топ-менеджер, включая меня, — добавил Рёд.
— Я бы хотел добавить еще один пункт, — заявил Харри. — Гонорар будет мне выплачен, если полиция — с моей помощью или без нее — найдет предполагаемого виновного в течение следующих девяти дней.
Рёд и Крон обменялись взглядами. Прежде чем снова наклониться к Харри, Рёд кивнул.
— Ты жесткий переговорщик. Но не думай, что я не понимаю, почему ты называешь такие некруглые числа, когда говоришь о сумме выплаты и количестве оставшихся дней.
Харри приподнял бровь.
— Вот как?
— Да ладно тебе. Это чтобы дать понять другой стороне, что ты опираешься на реальные расчеты. Волшебные числа, которые все расставляют по своим местам. Не учи отца детей делать, Харри, я сам использую в переговорах этот прием.
Харри медленно кивнул.
— Ты меня подловил, Рёд.
— А теперь, Харри, я покажу тебе еще один прием. — Рёд откинулся назад, ухмыляясь во весь рот. — Я намерен заплатить тебе миллион долларов. Это почти на четыреста тысяч норвежских крон больше, чем ты просишь, и это стоимость приличной машины. И знаешь, почему я увеличил сумму?
Харри не ответил.
— Потому что люди прилагают гораздо больше усилий, когда им даешь немного больше, чем они ожидали. Это факт, доказанный психологами.
— Что ж, я готов проверить этот факт на себе, — сухо парировал Харри. — Но есть еще кое-что.
Ухмылка Рёд исчезла.
— И что же?
— Мне нужно, чтобы кое-кто из полиции дал добро на проведение расследования.
Крон прочистил горло.
— Ты же знаешь, что в Норвегии не нужны разрешения и лицензии на частные расследования?
— Да. Но я сказал «кое-кто из полиции».
Харри объяснил проблему, и через некоторое время Рёд неохотно кивнул, соглашаясь. Когда Харри и Рёд пожали друг другу руки, Крон проводил Харри к выходу. Он придержал дверь, пропуская Харри вперед.
— Можно кое-что спросить, Харри?
— Валяй.
— Почему я должен был отправить копию нашего контракта на английском языке на электронную почту на мексиканском почтовом сервере?
— Это для моего агента.
