Двойственная природа волка выражалась также в том, что наряду с безжалостностью, коварством и разбоем он символизировал мужество, выносливость, защиту, удачную охоту. Он прекрасно чувствовал себя ночью, особенно ночью полной луны, а солнце слопал, кажется, у кельтов. Это не помешало волку стать символом древних солярных культов. Волчий лай предвещал дурное: войну, голод, холод. Волчий лай — предупреждал. Дуальность воплотилась и в образе оборотня, получеловека-полуволка: а под шкурой-то кто? Кровожадный убийца? Богатырь-защитник? (В былинах родителем волка-оборотня почему-то часто был змей.) Неоднозначная символика присутствовала и в сказках: где-то волк выступал верным помощником (отголоски божественного, тотемного почитания), где-то глупым, вечно оболваненным зверем, но чаще — жестоким, свирепым хищником. В колыбельных к непослушным детям приходил «серенький волчок»…
У Игоря долго не получалось нащупать идею рассказа, он заходил с разных сторон, но не слышал внутреннего возгласа: «вот оно!», не мог ухватить мелькавший хвост. Чуть было не начал писать об оборотнях на Луне, но, погуглив, наткнулся на рассказ «Быстрые сумерки» (фамилию автора не запомнил), в котором на орбиту послали команду космонавтов-оборотней. За неделю до окончания приема текстов он прекратил копаться в волчьей шерсти и сказал «сдаюсь». Устроил себе разгрузочный день с пивом и телевизором. Глянул скопившиеся хоррор-новинки и две серии сериала о маньяке, который не стал досматривать, потом залип на научно-познавательном канале. На середине программы о саранче он поставил видео на паузу, сходил в кабинет за блокнотом и ручкой, вернулся, перемотал на начало программы, включил и стал писать.
«Зеленая саранча: спокойная, любит уединение (ее отталкивает вид других особей). Черная саранча: агрессивная, стадная (тянется к толпе — так рождаются стаи). Т. е. две формы — активная (черная) и пассивная (зеленая).
Щекотка запускает метаморфоз, трансформацию. Если щекотать задние ноги зеленой саранчи, то она превратится из уединенного лентяя в разрушителя, т. е. в черную саранчу. Обратимость процесса: в долгой изоляции саранча снова зеленеет. [Человек в камере? Уже спокойный…] Причина метаморфоза: серотонин, который выделяется при щекотке (этот гормон есть и у человека) и меняет поведение саранчи.
Метаморфоз поведенческого изменения близок к человеческому: мы тоже меняем поведение исходя из обстоятельств. Меняем образ жизни. Подчиняемся общественной трансформации.
[Обыграть в рассказе трансформацию: 1) напрямую: человек, который превращается в прожорливую огромную саранчу (если долго щекотать?); 2) метафорически: люди — самые изменчивые существа на планете.]
[Закончить рассказ сценой нашествия людей-саранчи на город?]»
В итоге родился рассказ «Зеленое и черное», который взял конкурсное серебро и приз темных судей.
— Значит, поступим так, — сказал Игорь. — В церковь не пойдем: чего мы там не видели? Гуляем дальше, высматриваем кафе с вкусными напитками. Все согласны?
Он почувствовал, как Ник закивал. Еще несколько секунд они были одним целым, три человека с общими нервной системой и сердечным ритмом, а потом Игорь разорвал объятия.
Дорога спускалась к морю. Выставленные на тротуар столы и стулья приглашали присесть в ажурной тени и дождаться официанта. Высокие кактусы, раскинув по каменным стенам свои плоские стебли, поджидали кого-то в переулках. Сплоченные кусты фуксий скрывали несуществующие тайны. Желтые лица подсолнухов влюбленно глядели на белое солнце.
Торговая улица известила о себе туристическим шумом. Игорь, Марго и Ник вошли в ее зычное русло и погребли вправо, но улица неожиданно закончилась замусоренной парковкой. Дальше на несколько километров протянулась узкая полоса убогого галечного пляжа (местами высились груды камней), отделенного асфальтной дорогой от территории небольших отелей. Над скалистым албанским берегом, укравшим бескрайний горизонт, плыли серые облака. Налетел освежающий ветерок.
Они развернулись и пошли назад, в сторону автобусной остановки. Стойки с сувенирами, футболки с фамилиями Месси и Роналду («легендарные греки!»), рестораны и бары. Игоря привлекла вывеска «пиратского» ресторана с Веселым Роджером, но Марго и Ник потянули его дальше, к светлой террасе прибрежной кафешки. Они устроились среди разноцветных подушек и картин с видами острова. Ник заказал безалкогольную «Пина коладу», Игорь взял бокал греческой «Альфы», Марго решила обойтись водой, прихваченной из отеля.
— Вкусно? — спросил Игорь.
Ник на секунду оторвался от коктейля.
— Очень.
— Я рад. Ну что, расскажешь?
— Что?
— Сегодняшний сон.
Ник опустил взгляд в стакан и продолжал пить до тех пор, пока трубочка не зашелестела разочарованно между не успевшими растаять кубиками льда. Ник снял с края бокала ломтик ананаса и расправился с ним в два укуса. Игорь и Марго терпеливо ждали.
— Еще один стакан, и расскажу.
— Это шантаж… — начала было Марго, но Игорь уже поднял руку, подзывая официантку.
«Я расскажу сон, который приснился сегодня, после целого дня на острове.
