«Кто ты?» – Лиза застыла в опасной близости от шатра. В высоту он достигал примерно десяти метров. Запах зверя сгустился. Его источал задрапированный тканью вход. Над входом на парусине был вышит символ – глаз с ромбовидным зрачком и тремя рядами шипастых ресниц.
Лиза сглотнула комок в горле. Что-то потрогало ее сквозь штанину. Волосатый паук, чуть меньше сливы, полз по голени. Лиза дернула ногой, смахивая гадость в траву. Когда она снова посмотрела на шатер, полог был откинут. Лизу приглашали войти.
Ее кожа покрылась мурашками, волосы зашевелились на затылке. За матерчатой дверцей было что-то сродни туннелю, в глубине которого горел багровый свет. По туннелю шел человек. Свет бил ему в спину, обозначая силуэт, но не позволяя рассмотреть детали. Сначала Лизе показалось, что у человека длинные, до пояса, космы и островерхий колпак на голове. Потом – что он короткострижен и носит шляпу-котелок. Или коническую шляпу, как у азиатов. Или канотье. У Лизы зарябило в глазах. Человек преображался с каждым ударом ее сердца. Трансформировались рост и комплекция, неизменным оставался чеканный, неумолимый шаг. Он гипнотизировал, подавлял волю.
– Беги! – Резкий окрик отрезвил Лизу. Сегодня в мире полудня было непривычно людно. Лиза вытаращилась на полнотелую шатенку в белом банном халате, которая яростно жестикулировала, стоя выше по склону. – Беги же, идиотка!
Лиза хлопнула ртом и снова посмотрела на шапито. На Вариозо Спазмалгона Третьего, улыбающегося ей у входа в это гнездилище детских кошмаров.
В цилиндре и костюме-тройке, с цветком в петлице, Волшебник был так же молод, как двадцать лет назад, но одновременно он был старше камней: Лиза не знала, как объяснить словами то, что она почувствовала, съежившись от веселой ухмылки и пронизывающего холодом взгляда древних очей. Она запомнила глаза насильника голубыми, но сейчас они отливали кроваво-красным, озаряя бледное, в мазках плохо смытого грима, лицо. На впалых щеках Волшебника зрели гнойники.
«Зубы как у Джорджа Вашингтона, – пронеслось в голове Лизы. – Это о нем говорила Анянка, конечно, о нем».
При мысли, что Волшебник контактировал с ее дочерью, желудок Лизы скрутился в тугой узел.
– Беги, дура!
Вариозо Спазмалгон Третий улыбнулся еще шире и перевел взор на женщину, взывающую к Лизе.
– Девочки соскучились по папочке? – Он щелкнул челюстями; звук был громче, чем от взорвавшейся петарды. – Я тоже тужил… крушил… душил…
Лиза побежала. Шатенка схватила ее за локоть и потащила вперед.
– Не оборачивайся! – Они перевалили вершину Холма и стали спускаться по противоположному склону. – У тебя есть помада?
– Что? – Лиза опасалась за свой рассудок и за сердце, колотящееся о ребра.
– Помада! Ну!
– Да… в сумке…
– Ищи! – Шатенка остановилась, поглядывая в сторону шапито, милостиво скрытого травянистым бугром.
– Что ему надо? – спросила Лиза, копаясь в набитой девичьим хламом «Фурле». – Кто он такой?
«И кто ты такая?» – добавила она про себя. Шатенка выхватила из ее пальцев тюбик помады. От женщины пахло гелем для волос. Мокрые пряди липли к щекам.
– Закатай рукав!
Лиза подчинилась.
– У меня есть ручка с собой, – сказала она, наблюдая за манипуляциями незнакомки.
– Так тоже сойдет, – буркнула шатенка. – Меня зовут…
Лиза пошатнулась. Машины катили по Красной улице и по Буденного. Возле стелы, посвященной двухсотлетию кубанского войска, селфились ряженые казаки. Прыщавый подросток прицелился в Лизу смартфоном. Видимо, решил запечатлеть для подписчиков наркоманку, поймавшую трип и зависшую посреди площади.
Лиза подождала, пока мозг прочистится после вспышки, и двинулась прочь, придерживая распахнутую сумочку. Правый рукав куртки был задран до локтя, на предплечье выведены помадой размашистые цифры телефонного номера. Лиза переписала их в мобильник дрожащей рукой.
У Дины не было плана, но у нее был пистолет. Компактный, помещающийся в косметичке «Кимбер Соло Керри» с шестью патронами девятимиллиметрового калибра. Название – как у парфюма или пряного блюда. Удивительно, насколько просто оказалось раздобыть оружие на черном рынке.
Дина не знала, остановит ли свинец монстра, но она собралась выпустить в него столько пуль, сколько успеет.
– Ну, давай же, идиотка тупая. – Дина покосилась на темный экран сотового. Ее автомобиль увяз в пробке и полз с черепашьей скоростью по Сухумскому шоссе. Слева громоздился автомобильный мост, справа стреляла бликами морская гладь цвета бутылочного стекла. Прошел час с тех пор, как Дина вернулась из Одиноково, а та курица с внешностью Скарлетт Йоханссон и интеллектом рака и не думала объявляться.
Дина забарабанила пальцами по рулевому колесу. Взгляд споткнулся о черное ведро, стоящее на гравии в тени мостовой опоры. Только это было не ведро.
Головной убор. Цилиндр.
Дина инстинктивно потянулась к косметичке. Ветер, гуляющий под мостом, опрокинул цилиндр и покатил его к обочине. Дина следила за черным предметом и вся сжалась, услышав телефонную трель. Номер был незнакомым.
