«Но как же он сам? Стоит ему отпустить пасть чудовища, и оно кинется на высшего?»
Я выбралась на бревенчатый плот, и с него наблюдала, как аллигатор, мотая мордой, старался высвободить челюсти из захвата вампира.
Драка двух хищников потревожила болотный ил на дне реки, вся взвесь поднялась ввысь и мешала видеть сражение. Больше всего меня напрягали острые клиновидные волны, устремившиеся со всех сторон к месту битвы. Когда в противниках у высшего был всего один монстр, за исход сражения я не волновалась, но теперь…
Вода взорвалась тысячью брызг, когда целеустремленные клинья сошлись, и продолжала пузыриться и фонтанировать, когда одна за другой болотные твари врывались в драку.
Вода на месте схватки просто кипела, над поверхностью взлетали лапы и хвосты, мелькали зубы.
Битва утихла, и река окрасилась в красный цвет. Только потому, что я так пристально смотрела, различила скользящую под водой тень.
Вампир вынырнул в отдалении и широкими гребками поплыл к плоту. Я выдохнула. Нагнувшись, протянула ему руку, но, увидев недобрый взгляд лорда, тут же отползла подальше от края и утрамбовалась в середине плота.
Высший невозмутимо выбирался из воды, за его плечом на поверхность всплыл обгрызенный труп, у аллигатора была разорвана пасть. До меня сразу дошло: Дэрек постарался. Остальные недостающие куски, вырванные из тела болотной твари, – это постарались сородичи чудовища.
Лорд, подойдя ко мне, обнял и потер согревая. Ощутив его прикосновения, я вконец успокоилась.
Теперь все в порядке, можно дышать и думать о себе, ладони ощупали тело на предмет откушенных частей. Вроде все на месте. Руки-ноги целы. А нервы… Ну, нервы – это дело наживное. Вероятно, из-за пережитого страха некоторое время я не то что к воде подходить не смогу, но и умываться для меня станет проблемой.
Заглянула за пазуху и завизжала. Пампкина не было.
Обернувшись к месту сражения, я увидела только круги, расходящиеся по воде, и пузыри. Труп утащили доедать местные пиявки-переростки.
Сможет ли песик выжить в воде и сообразит ли дойти по дну до берега? А там он как будет? Его съедят сухопутные монстры!
Секунды убегали, а я соображала, как упросить Дэрека вновь сунуться в реку, где он почти был съеден, и поискать мое сокровище.
На поверхность всплыл большой и липкий пузырь. Лопнул, явив миру взъерошенного зубастика. Песик скалил зубы и рычал. В пасти подергивался чей-то откушенный плавник.
Я протянула руки.
«Милый песик, он тоже защищал меня!» Лохматая блохастая субмарина Пампкин поплыл к плоту по-собачьи. Доплыв, попытался забраться на бревна, но не смог. Речной житель протянул песику шест помощи. Пампкин, выплюнув кусок обидчика, вцепился зубами в дерево и залез на плот. И тут же оказался в моих объятиях. Не знаю, кто кого больше обслюнявил, но я не стесняясь давила свое отважное золотце в восторженном захвате, беспрестанно целуя те части мокрого тельца, что попадались. За что получила очередной недовольный хмык от лорда. В чем-то высший был прав, это его я должна была душить в своих объятиях и прижимать к сердцу.
Нас заметили в деревне. Слышались крики, шум, все бежали на пристань. Чернокожий владелец нашего плота громкоголосо переругивался с женщинами в ярких платках. По его активной жестикуляции я поняла: он рассказывал им, как мы спаслись от деггеров и речных мутантов.
Плот причалил. Подняв голову, я отшатнулась: на меня надвигалась огромная грудастая женщина. Кофейного цвета кожа, широкие крепкие руки, пышное платье в складку. Яркий платок дополнял образ и был повязан на голове тюрбаном, создавая приятный глазу контраст.
Мулатка широко улыбнулась, продемонстрировав клыки, и протянула ко мне руки. Дэрек, не спрашивая разрешения, поднял и передал меня чернокожей женщине. Та, приняв мое скованное холодом тело, поставила на причал, и тут же, сняв с плеч шаль, укрыла ей. Замотанная, как колбаска в обертку, я доверчиво пошла за доброй женщиной, высший и спасший нас чернокожий следовали сзади.
Речные жители приняли радушно, отвели в хижину и накормили. На воде было холодно, поэтому в каждом доме горел огонь. Я пригрелась возле очага, но не забывала поглядывать на дверь. Дэрека не было, сбыв меня на руки сердобольной мулатке, он ушел решать какие-то вопросы к главе речных. Мог бы и остаться со мной, убедиться, что все в порядке. И вообще, без него мне становилось страшно.
Почему? Потому что с высшим спокойно и безопасно. Что бы ни случилось, он всегда рядом, так или иначе. Единственное, что скреблось в душе, это недоверие пополам с подозрительностью. Как он мог разыгрывать передо мной театр одного актера? Ползать по подземельям, подбадривая и защищая меня, а после ругать, недовольно хмуря брови в небоскребе. Я не могла до конца простить ему его лицемерный маскарад. Обман клином встал между нами. А вспомнив, как искусно он соблазнил меня в логове банды, переодевшись Черепом, я и вовсе стала с досады поскрипывать зубами.
