– Неужели вы думаете, что я положу жизнь ради финансового благополучия своего приятеля?
Поднебесный покусал губу.
– Хорошо. Когда снимут арест с денег?
– До закрытия банка управимся.
Кунцевич складывал пачки купюр с изображением двух каких-то норвежцев в старинной одежде и цифрой «100» в уголках в дорожный саквояж, Вельшин стоял в углу номера с револьвером в руке, Поднебесный, с револьвером же – у двери.
– Ну вот и все, – сказал Мечислав Николаевич, захлопнув замки саквояжа. Это нам, а это, – он показал рукой на стоявший рядом другой саквояж, – вам. Попрошу выдать расписку в получении.
Поднебесный вытаращил на него глаза.
– Шучу, – рассмеялся титулярный советник, потом кивком головы изобразил поклон. – Я вас больше не задерживаю. Мы тоже задерживаться не станем – на одном из островов фьорда нас ждет судно, на котором нам с Петром Павловичем предстоит совершить увлекательное морское путешествие в сторону, противоположную от нашей Родины. Честь имею.
– Судно? – заинтересовался Поднебесный, – а почему на острове, а не в порту?
– А чтобы избежать всяких малоприятных таможенных формальностей. Да и о конченой цели нашего путешествия ни местному, ни нашему начальству совершенно не нужно знать.
Когда дверь за бандитом закрылась, Вельшин спросил:
– А вдруг не вернется?
– Не вернется – ваши коллеги проследят за ним, и мы возьмем его в другом месте. Но он должен воротиться.
Титулярный советник отказался прав – скоро в дверь раздался осторожный стук.
– Кто там? – громко спросил по-французски Кунцевич.
– Это я, Мечислав Николаевич, Поднебесный, – человек, находившийся за дверью говорил свистящим шепотом.
– Какого лешего?!! – Титулярный советник рывком открыл дверь, схватил Поднебесного за ворот пиджака и приставил к его щеке револьвер. – Неужто соскучиться успели?
– Можно мне с вами на корабль, Мечислав Николаевич? А то они уже здесь.
– Кто они?
– Эсеры! Я только что видел у рецепции некоего Ефимычева. Это страшный человек! Он чуть не убил меня прямо в доме моего отца!
– Билет на корабль будет стоить вам десять тысяч.
– Крон?
– Рублей.
– Давайте сойдемся на пяти?!
– Я полагаю, что в сложившихся обстоятельствах торг неуместен.
– Поедем порознь, чтобы местные полицианты не подумали, что мы вас хотим похитить. Мы выезжаем первыми, прямо сейчас, вы – на следующем пароходе, через час после нас.
– Я один не останусь! – аж взвизгнул Поднебесный.
– А кто сказал, что вы будете один?
Кунцевич подошел к окну, отдернул штору и поманил Бориса Викторовича пальцем:
– Видите вон тех двух господ? Это мои здешние коллеги. За вами установлен негласный полицейский надзор. Эти господа и сопроводят вас до места назначения, и помощь окажут, если таковая потребуется. Сейчас идите в номер и запритесь, двери здесь крепкие. А на пароходе вас бывшие друзья вряд ли тронут. Во-первых, там многолюдно, во-вторых – с движущегося парохода не особо сбежишь. Билет возьмете до Дробока, а выйдете на Аспонне. Причем уже после того, как уберут сходни, – прыгнуть в длину на полтора аршина вам труда не составит. Встретимся на пирсе. И я бы на вашем месте оставил багаж в номере и не стал бы выписываться из гостиницы. Таким образом, вы введете в заблуждение и полицию, и революционеров, – они подумают, что вы просто решили прогуляться, здешняя публика любит кататься на острова.
– Багаж я оставлю, а деньги?
– Семнадцать пачек по десять тысяч крон легко разместить на теле, надобно только изготовить специальную сетку. Могу помочь. А еще проще будет, если вы отдадите деньги мне.
– Еще чего! Давайте делать сетку!
Поднебесный едва не упал в воду – несколько секунд балансировал на краю пирса, но удержался-таки.
– Скорее сюда, Борис Викторович! – крикнул ему Кунцевич из подходившего к самой воде соснового леса. Несостоявшийся норвежский эмигрант мешкать не стал и кинулся на голос сыщика. По верхней палубе парохода заметались две фигуры, одна из которых бросилась в капитанскую будку.
– Я надеюсь, они пароход не развернут? – спросил Вельшин.
– Не думаю, – успокоил его Кунцевич, – вряд ли капитан будет менять курс по команде нижнего полицейского чина. Да и даже если повернут, нам боятся нечего, успеем. Бегом за нами, Борис Викторович, – крикнул титулярный советник Поднебесному, и троица в сгущающихся сумерках гуськом побежала на противоположный берег острова. Островок не превышал ста пятидесяти саженей в самой широкой своей части, и через несколько минут беглецы оказались у деревянного причала, вдавшегося во фьорд саженей на двадцать пять. Но никакого судна, даже самой маленькой лодки, у причала не было.
– Где ваш корабль? – закричал Поднебесный, поворачиваясь к Кунцевичу. – Вы меня обма…
Договорить он не успел – Вельшин ударил Адвоката рукояткой револьвера по затылку, и тот без чувств свалился на холодный песок.
