Причина и следствие крутизны моих «крутых» субъектов очевидны и вне их профессиональных кругов. Генри Луи Гейтс-младший – возможно, самый влиятельный из них. Лауреат премии Макартура за «гениальность» в 1981 году, он долгое время оставался выдающимся ученым в области афроамериканских исследований, сумевшим удержаться на вершине даже спустя двадцать лет, когда состав главных афроамериканистов изменился и сама дисциплина перешла от изучения старой литературы к изучению разнообразных культурных артефактов, таких как черное кино, черные волосы, Мэпплторп и Беннетон. Если вторая книга Гейтса, «Означивающая обезьяна: Теория афроамериканской литературной критики» (1988), сделала «означающее» словом-нарицательным в среде американистов, то в наши дни имя «Скипа Гейтса»[243] известно и уважаемо как в академии, так и далеко за ее пределами. Оно принадлежит не только крупному теоретику и историку черной литературы, но также и выдающемуся создателю институтов, вездесущему публичному интеллектуалу, проницательному эксперту в области мультимедиа. Занимая с 1991 года пост председателя кафедры афроамериканских исследований Гарвардского университета и директора Института афроамериканских исследований имени У. Э. Б. Дюбуа, Гейтс собрал вокруг себя целую плеяду звезд, почти таких же ярких, как он сам, включая социолога Уильяма Джулиуса Уилсона и теолога Корнела Уэста. Эта группа настолько знаменита, что даже малейшего слуха о перестановках в ее составе достаточно, чтобы попасть на первые полосы газет[244]. В 1996 году Гейтс отредактировал «Антологию афроамериканской литературы» Нортона (совместно с Нелли Маккей) и с тех пор продолжает редактировать поразительное количество научных трудов, оставаясь при этом соредактором журнала
На первый взгляд может показаться, что Гейтс часто использует свою влиятельность, чтобы постоять за права женщин и гендерное равенство. В отличие от Корнела Уэста, он воздержался от поддержки «Марша миллионов мужчин» в 1995 году и примерно в то же время официально заявил, что, по его мнению, О. Джей Симпсон виновен в убийстве своей жены Николь. И, в отличие от своего коллеги-критика Хьюстона Бейкера, он, как правило, пользовался уважением феминисток, хоть и отнимал у них часть славы, будучи самым востребованным и заслуженным редактором переизданий трудов чернокожих женщин[241]. И, если Эдвард Саид и Эндрю Росс предпочитают соблюдать осторожную дистанцию в отношении женской культуры, Генри Луи Гейтс охотно открывает, хвалит, обсуждает и приветствует тексты, написанные женщинами. С начала 1980-х, когда Гейтс переоткрыл роман Харриет Э. Уилсон «Наша ниг» (1859), он выступил редактором тридцатитомной библиотеки Шомбурга о чернокожих женщинах-писательницах девятнадцатого века (1988), десятитомного дополнения к Шомбургу (1991), критической антологии «Чтение черных, чтение феминисток» (1990) и книги «Афроамериканские женщины-писательницы» (1998). Добавьте к этому широко обсуждавшуюся покупку и публикацию «Рассказа рабыни» (2002) – забытого и неотредактированного романа, написанного бывшей рабыней Ханной Крафтс, видимо, на пару лет раньше «Нашей ниг»[242] – и вы получите мужчину-критика, чей вклад в женскую литературу несомненно велик и чья приверженность идеям феминизма кажется неоспоримой.
