Крылатый русский полностью

Как отмечают филологи З.Н. Люстрова, Л. И. Скворцов, В. Я. Дерягин («Беседы о русском слове»), «первоначально это выражение обозначало вздорные и нелепые сообщения иностранцев о России и русской природе, о русских людях и их обычаях. Легенда приписывает авторство “развесистой клюквы” французскому писателю Александру Дюма-отцу, действительно совершившему путешествие в Россию в середине прошлого века. Сведения этой легенды не вполне достоверны, хотя французский источник выражения не вызывает никаких сомнений. В Толковом словаре русского языка под редакцией Д.Н. Ушакова сообщается о том, что выражение развесистая клюква пошло “от описания России, в котором поверхностный автор- француз пишет, что сидел под тенью величественной клюквы”.

Выражение «развесистая клюква» сравнительно новое. Возникло оно, по-видимому, в самом начале 1900-х годов как устная шутка, ходячий анекдот. Эта шутка была подхвачена сатириками и пародистами. Появились комедии и пьесы, высмеивающие возникшую во Франции моду на путешествия в Россию и тягу к поверхностным описаниям экзотики русского быта. Одна из таких пьес под названием “Любовь русского казака” была включена в 1910 г. в репертуар петербургского театра “Кривое зеркало” и имела шумный успех. В этой комедии два французских драматурга предлагают незадачливому директору парижского театра свою пьесу, действие которой происходит “в центральном департаменте России, около Санкт-Московии на берегу Волги”. Героиня их пьесы Аксенка, которую хотят насильно выдать замуж за казака, оплакивает любимого ею Ивана и вспоминает при этом, как сидела с ним под “развесистыми сучьями столетней клюквы”. Очень быстро выражение развесистая клюква покинуло свой литературный источник и широко распространилось в разговорной речи. Этому способствовали его острый комизм, выразительность и меткость. Выражение стало крылатым, потому что в лаконичной форме ярко закрепило существо обозначаемого явления».

Говорить многословно и неконкретно, ни о чем.

Как пишут филологи З.Н. Люстрова, Л.И. Скворцов, В.Я. Дерягин, «эти известные крылатые слова восходят к тексту «Слова о полку Игореве», опубликованному в 1800 году А.И. Мусиным-Пушкиным: «Боян бо вещий, аще кому хотяше песнь творити, то растекашется мыслию по древу, серым волком по земли, шизым орлом под облакы».

Вот перевод этого текста на современный язык: «Боян же вещий, если хотел кому песнь воспеть, то растекался мыслью по древу, серым волком по земле, сизым орлом под облаками».

Надо заметить, что еще в одном обращении к Бояну, певцу старого времени, объединяются в поэме слова «мысль» и «древо»: «О Боян, соловей старого времени! Вот бы ты походы эти воспел, скача, соловей, по мысленному древу, летая умом под облаками…»

Существует несколько толкований первоначального и буквального смысла выражения «растекаться мыслью по древу» (или «по мысленному древу»).

Высказывалось, например, предположение, что в этой фразе содержится описка или ошибка позднего переписчика, который не понял древнего диалектного слова мысь (или, в другой огласовке, мышь) и прочитал его как мысль, а что в действительности речь идет, видимо, о белке-векше (мыси или мыши), о летяге или другом таком же зверьке. И тогда вся фраза выступает как метафорический, образный параллелизм. Творческий дар вещего Бояна сравнивается с действиями различных зверей и птиц: как белка бежит («растекается») по дереву, как волк мчится, стелясь по земле, как орел воспаряет высоко в небо, к облакам, так и Боян складывает и поет свои песни и гимны. Однако многие историки и филологи не согласились с этим предположением о белке-мыси.

Строились разного рода догадки и о «мысленном древе» – что же это такое? Может быть, это дерево мысли и мудрости, символ познания добра и зла; а возможно, это дерево песен, дерево поэзии древних славян? Или за этим стоит предмет, инструмент из дерева, на котором играл Боян, то есть древние гусли или лютня? Но и эти догадки были затем отвергнуты наукой.

Как полагают многие современные исследователи, древнюю фразу из «Слова о полку Игореве» буквально следует понимать так: старый Боян растекался своим творческим («мысленным») воображением, как поющий соловей по дереву, как бегущий по земле серый волк и как летящий под облака сизый орел. Таким образом, автор «Слова» действительно имел в виду тройственное сравнение: с соловьем как мастером виртуозно прекрасного пения, с волком и его неутомимостью в беге и с орлом, царем птиц, обладателем высокого и свободного парения. И именно на этих природных поэтических символах построен метафорический образ вещего Бояна, его творческой манеры исполнения.

Независимо от возможных толкований буквального, исходного смысла этого выражения, в современной литературной речи оно закрепилось в форме растекаться мыслью по древу в значении «говорить много или даже витиевато, прибегая к ненужным подробностям и мелочам, отвлекаясь от главного в своем рассказе».