Сборы оказались увлекательным, но очень утомительным занятием. Сильфия внимательно наблюдала, запоминала и помогала настолько, насколько могла. Больше всего её поразило то, с какой обстоятельностью подошла к путешествию Иска. Было собрано всё, что только могло пригодиться, но при этом связки с вещами не были огромными. Было решено, что часть вещей понесут они, а часть погрузят на Лунь, которая отреагировала на это предложение неодобрительным ржанием. Сама идея использовать магического зверя для таскания тяжестей не сильно нравилась и самой Сильфии, но вариантов было не так уж и много.
В мешки грузили пару шерстяных одеял, пару деревянных мисок и ложек, ножи, огниво, сменную одежду и запасную обувь. Какие-то мешочки с травами. Овощи и сушеные грибы, сухари, соль, вяленое мясо и сушеную рыбу. Наличие продуктовых запасов особенно радовало Сильфию — голодать больше не хотелось. Самое ценное — украшения и сбережения Иски — было припрятано в белье. Охотница настояла на том, что нельзя хранить ценности в вещах, которые могут украсть. Сильфия сперва чувствовала некоторый дискомфорт от мешочка, припрятанного у груди, но потом привыкла и даже мысленно признала эту идею верной.
— А тебе не жалко оставлять дом?
Она дождалась, пока Иска прекратит бродить по дому в поисках того, что могла забыть. Девушка какое-то время молча обводила взглядом дом, словно размышляла над тем, что ответить на вопрос.
— Иногда нужно отпустить прошлое, чтобы появилось будущее. Ты ведь тоже ушла из дома.
— Пожалуй, ты права.
Путешествовать, когда у тебя есть еда и тёплое одеяло, оказалось в разы приятнее, чем голодать и спать на земле. Даже несмотря на то, что приходилось тащить все эти удобные и приятные мелочи на себе. Мелочей набралось на большую сумку из выделанной кожи, которая неприятно оттягивала руку, и приходилось периодически перевешивать её с одного плеча на другое. Ремень неприятно натирал кожу даже через одежду. В висящем за спиной мешке с книгами и покрывалом, уютно устроившись, спала Рури.
За целый день они останавливались всего несколько раз и то ненадолго. Ноги словно окаменели. Каждый шаг приходилось делать над собой огромное волевое усилие. Сильфия давно бы уже сдалась и завалилась отдыхать под ближайшим кустом, но рядом шла Иска, не выказывая ни малейших признаков усталости, хотя поклажи у неё было заметно больше. Больше мешков и сумок несла только Лунь, явно недовольная сменой положения из красы и гордости княжеских конюшен до вьючной лошади. И всё же Лунь в разы проще переносила день на ногах, чем люди.
Идти предстояло ещё много. Иска решила, что шагать они будут от рассвета и до заката. Сильфия изредка бросала взгляд на небо. Яркая синева дня уже подернулась глубоким чернильным пологом, а за их спинами наоборот стала ярко-оранжевой с красноватыми оттенками. Это всё, что она могла разобрать сквозь густую листву.
Рисковать и выходить на дорогу они благоразумно не стали. Иска приняла решение идти вдоль горного хребта. Так выходило длиннее, но они обходили стороной все деревни и крупные дороги, а значит риск попасться на глаза тем, кому не следовало, становился минимальным.
— Там река впереди. Возле неё и остановимся. Поторопись, княжна, нужно успеть обустроить лагерь до темноты, — Иска, к полнейшему удивлению Сильфии, действительно ускорилась.
Сил не было даже на то, чтобы возмутиться. Она как могла ковыляла следом, даже не надеясь поспеть, а Иска всё удалялась. К тому моменту, как Сильфия её нагнала, охотница уже выбрала место для ночлега, сбросила на траву сумки и снимала поклажу с Лунь. Сильфия с огромной радостью положила свои сумку и мешок рядом и упала на траву. Жутко болели ноги, плечи и спина.
— Рано отдыхать, — Иска нависла над ней. — Надо обустроить всё до темноты.
— Я устала.
— Я тоже, — Иска пожала плечами. — Но за тебя никто это не сделает. Поднимайся, княжна. Сейчас я тебе устрою увлекательный урок по разведению костра.
Как бы ни было тяжело и грустно, встать пришлось.
— Я готова учиться, — хотелось выглядеть уверенной, но прозвучало это жалко.
— Собирай траву, сухие листья и мох, мелкие палочки и неси всё это сюда.
Она тяжело вздохнула в ответ и пошла бродить между деревьев. Самостоятельная жизнь всё ещё была трудной, но, по крайней мере, сейчас перед ней были небольшие и простые цели. Если раньше нужно было думать о том, как бы сбежать из империи и голова шла кругом от масштаба этого плана, то теперь всё сжалось до простого «идти до вечера» и «собрать сухие палки». Простые цели, которые не требовали от неё особых умственных усилий, хотя и выматывали физически. Но, если посмотреть на Иску, которая всю свою жизнь так жила, то не было заметно, что ей всё это в тягость. Может и она со временем свыкнется с такой жизнью?
