— Там, понимаешь, Джонни, какая ерунда… Деревня, из которой я приехал, далеко. На краю района — захолустье, короче. И вот там то, про что я тебе тут, относительно будущего Оршанска и всех Регионов толкую, мало-помалу уже началось. Ибо… ибо там, как говорится, «закон — тайга, медведь — прокурор!» Might goes before right — «сила опережает правду», как говорится. Кто силён, тот и наглеет. От центра, от центральной же власти далеко! И вот завёлся там один козёл… вернее, несколько козлов… и держит там шишку.
Женька молча внимал, недоверчиво; но игрушечный пистолет опустил, и палец со спускового крючка убрал.
— И произошёл у меня там, с этой братией, конфликт. Ты не подумай — там этих козлов не большинство, совсем нет! Но… как и везде, в основном население, люди — это такооое болото! Пока его не тронут — он не качнётся! И держать над таким стадом шишку, имея оружие и кое-какую поддержку от местной власти, — совсем не трудно.
Тут Женька кивнул, соглашаясь. Что вокруг в основном равнодушные бараны, он знал не по рассказам.
Ободрённый его согласием, Владимир продолжил, несколько перевирая произошедшее в Озерье, — чисто для простоты понимания ситуации пацаном:
— Собрал он группу отморозков, и стал тиранить местное население. А местный уполномоченный — здоровенный такой дуб по фамилии Громосеев, — не разбежался разбираться в ситуации, и вообще смотреть наперёд не обучен, — он на его сторону встал… А сейчас ведь разговор короткий… Власть — она такая «власть»… Да?
Женька опять кивнул — что из себя представляет «власть» он тоже знал непонаслышке.
— Вот. А я же вижу, к чему дело идёт. Что у руля местной самообороны гад стоит. А это ведь не дело, правда же? Когда гад стоит над людьми?
Женька опять кивнул, — действительно, ничего хорошего нет в том, что гад стоит над людьми. Что ж в этом хорошего? Ничего в этом хорошего нет, правда.
— И вышел у меня с ним, с гадом, конфликт. А он ведь, получается, при власти. Power is everything — сила всё решает. Ну и вот. Потому я и вынужден был сюда слинять. Временно, только временно! И обязательно в деревню вернусь, у меня там друзья, — с вами вернусь! Ну и вместе мы там порядок наведём! Что ж мы, такие крутые и вооружённые, не разберёмся с несколькими засранцами? Обязательно разберёмся, правда же!
Женька опять кивнул, уже без прежней убеждённости. Но кивнул, соглашаясь; и даже чуть улыбнулся.
Владимир почувствовал себя нехорошо. Он вдруг поймал себя на мысли, что уже совершенно автоматически применил давно известную продавцам, вернее, «продажникам» психологическую технику «три «да»: это когда вытягиваешь человека на то, чтобы он три раза подряд с тобой согласился, — а потом подводишь его к главному. И тут уже, по законам психологии, если предложенному резкого внутреннего противодействия нет, — человек тоже согласится.
Типа:
— Человек в современном мире без телевизора чувствует себя некомфортно, правда же? У вас нет телевизора или телевизор старый, вас не устраивающий, — так? Вы ведь хотели бы приобрести телевизор новый, хороший, современный, и при этом не дорогой, я прав? Вот, смотрите, этот аппарат как раз то, что вам нужно, вы согласны??..
Техника старая, ей сто лет в обед; а вот поди ж ты — вполне себе работает! Да большинство про эти психо-заходы и не подозревает; а неопытный человек в диалоге с опытным всё равно что начинающий картёжник в игре с шулером — никаких шансов не имеет. Немного психологии, чуть-чуть лести, — и пацан уже не задумывается, а надо ли ему туда, в деревню, из одной каши в другую? Вот и я… «продал» пацану деревню; и, считай, «подписал» его на войну под моим началом и за мои интересы…
Владимир почувствовал укол совести. Но ведь… Продолжая о чём-то болтать с Женькой; показывая ему на этот раз, как надо уходить с линии огня, одновременно выхватывая пистолет и направляя его на противника — вправо, влево; с падением на колено; он лихорадочно взвешивал: что, я действительно использую мальчишку и его друзей? Чисто использую, и собираюсь дальше использовать, — в своих интересах??
