В течение следующей четверти часа к нему присоединилась бо́льшая часть корабельной команды. Верхняя палуба выглядела как поле битвы без победителей, и лишь несколько потрясенных беженцев блуждали среди тел. Ускинс храпел на куче дохлых крыс. Болуту, свернувшись калачиком, лежал у люка № 3, как будто ему удалось выползти на свежий воздух прежде, чем им овладел сон. Элкстем упал на квартердек, вцепившись руками в канат. Очевидно, он намеревался закрепить штурвал (и, следовательно, руль) в фиксированном положении, но никто в точности не знал, в каком, или какой разворот паруса мог это сопровождать.
Нипс начал спотыкаться и моргать.
— Марила, — снова и снова повторял он.
Поддерживая его, они побежали вниз по трапу № 4. На ступеньках были распростерты тела; один матрос спал, зажав в зубах печенье. На орудийных палубах царила тишина, как в морге. Из темноты доносились одинокие крики
Но дальше внизу были признаки жизни. На нижней палубе кричали люди и вспыхивали фонари. Турахи затаскивали спящих в каюты с крепкими дверями. Далеко внизу Пазел все еще мог различить вой крыс.
Они спустились по узкому трапу на спасательную палубу и поспешили в центральный отсек. Прямо в дверях они встретили Герцила и Чедфеллоу. При виде их доктор сказал со спокойной настойчивостью:
— Идите в большую каюту, вы трое! Битва здесь проиграна!
Пока Пазел смотрел, один из охранявших люк людей начал покачиваться. Сразу же другой матрос вышел вперед и, схватив его копье, оттолкнул его от люка.
— Роуз и Хаддисмал делают все возможное, чтобы поддерживать видимость, — сказал Герцил. — Крысы еще не подозревают, что происходит. Они не пострадали: икшель не потрудились отравить любую слизь или ил, из которых те пьют.
— Сколько крыс осталось в живых? — спросила Таша.
— Слишком много, — сказал Герцил. — Сто, может быть, больше. Они плотно окружили оба люка и оба трапа, но все же прячутся от наших лучников. Мы больше не можем убивать без штурма трюма, а нас для этого недостаточно. На самом деле я сомневаюсь, что мы смогли бы остановить тварей, если бы они атаковали в полную силу. Сейчас нас защищает только их незнание.
Капитан Роуз ходил по периметру отсека, спокойно отдавая приказы, как ни в чем не бывало. Хаддисмал заглядывал в боковые проходы, подавал сигналы своим турахам, подтягивая всех до последнего человека.
— Есть еще одна угроза, — сказал Чедфеллоу. Он наклонился ближе к юношам и принюхался. — Масло, — прошептал он. — Вы чувствуете этот запах? Масло для корабельных ламп хранится в трюме, и оно было пролито. Может быть, крысы просто случайно разорвали одну или две бочки. Но мы видели, как они бегали с набитыми тряпками и соломой ртами. И еще уловили отблески света от огня.
— Что происходит? — спросил Пазел. — Когда они напали в трюме, они были похожи на стаю бешеных собак. Ни плана, ни четкого мышления, кроме Мугстура.
— Это изменилось, — сказал Герцил. — Вы можете слышать, что они визжат меньше. Болуту думает, что Мастер Мугстур успокаивает их, давая им возможность понять ужас их измененного сознания. Если это так, то с каждым часом они будут становиться все более и более опасными.
— Никому ни слова об этом, — добавил Чедфеллоу. — Настроение у людей и так достаточно подавленное.
У люка еще один человек пошатнулся и заковылял со своего поста. Кипя от ярости, капитан Роуз наблюдал, как тот упал. Затем он повернулся и захромал к группе в дверном проеме. Его глаза были прикованы к молодым людям.
— Это работа ползунов? Вы признаете это?
Пауза. Потом Герцил признался:
— Да, капитан, это сделали икшели.
На мгновение Пазел подумал, что Роуз его ударит. Но как раз в этот момент к ним подбежал мистер Альяш с яркой фенгас-лампой.
— Баррикады готовы, капитан, — сказал он. — Они больше не смогут карабкаться по трапам. При условии, что у нас останутся люди, чтобы запечатать их после нашего отступления.
Роуз кивнул:
— Это уже кое-что. Но не слишком много. Мы должны отравить их, клянусь Ночными Богами, мы должны бросить серу в трюм. Вы нашли способ запечатать от них люки?
Альяш фыркнул:
— Без людей, чтобы стоять на страже? Нет никакого способа, сэр. Они показали нам, как быстро они могут прогрызать парусину и промасленные шкуры. Мы могли бы оторвать доски с верхних палуб и прибить их к люкам, но эта работа заняла бы полдня — даже если бы мы больше не теряли людей.
Пазел почувствовал, как рука Нипса сжала его руку. Невысокий юноша почти спал.
— Наркотик, — пробормотал он.
— Да, Нипс, это наркотик, — сказал Пазел.
Нипс пьяно покачал головой:
— Найди... другой наркотик.
