Первое, что я увидела, перейдя на другую сторону — прекрасный могучий камень. Круглый большой — в мой рост — валун, демонстративно возвышался недалеко от моста на чистой поляне. Приглядевшись, я заметила, что на каменной глади, затянутой зеленым мхом, выбиты таинственные надписи. В летописях я не раз встречала упоминания о старых обелисках, которые хранили важные подсказки или предупреждения. Надеясь на откровение, я поспешно шагнула к валуну.
Сок поймал меня за руку мгновенно.
— Куда собралась?
— Древние надписи! Видел? Там точно написано что-то важное! — я показала на интересный валун.
— Да, видел… Там написано — удачи, дурачье. Ловушка, — сообщил Сок, — прямо перед камешком. В первый раз чуть не попался, успел зацепиться.
Он показал пальцем очертания квадрата. Под густым слоем листьев я ничего не разглядела, но идти к камню мгновенно расхотела.
— Гостеприимно, — озабоченно изрек Рей.
— Кто такое может делать? — разочарованно спросила я.
— Те, кто не ждут гостей, — ответил за Сокура Рей. — Иди точно по моему следу.
Сокур задумчиво посмотрел на деревья.
— Или ждут… Наверх поглядывай. Я первый.
Рей кивнул.
Объятия с разговорами остались на противоположном берегу, уступив место напряжению и готовности. Уже в лесу, я осознала, что мне не по себе. Пусть природа была той же, но отличалось ощущение. Я вдруг почувствовала себя крошечной и слабой, как будто стала не больше муравья размером. Конечно, я не была особенно большой и сильной до того, но здесь меня как будто вдруг безжалостно обрезали, срезав все преимущества, когда-то дарованные Первыми.
Следующие несколько часов я хвостом шла за Рейтором. На гиблых землях Ворон не мог обращаться, поэтому роль разведчика принял на себя бесшумный Змей. Он ушел от нас вперед.
Рейтор шагал, покручивая в пальцах длинную белесую палку. Судя по цвету и фактуре, он нашел ее на берегу среди топляка. Палку Рейтор на одном конце расщепил, вставил в образовавшуюся щель собственный короткий нож, обмотал лоскутом кожи для надежности и получил импровизированное копье. Сок оценил оружие как первобытное, уточнил, точно ли мы из будущего, и порекомендовал примотать к палке хороший камень.
— Смотри. — Рей резко остановился, предупреждающе поднял свободную руку. Я замерла. Парень внимательно уставился на землю, ткнул в нее самодельным копьем и жестом подозвал меня.
— Видишь?
Он шевельнул слой листьев. Под ними оказалась яма — совсем небольшая, только под ногу.
— Стоит наступить — минус стопа. — Рей ковырнул ловушку лезвием. В яме торчали остро наточенные тонкие колья. — Смазаны чем-то…
Такие ловушки попадались еще несколько раз. Но никого из двуногих мы не встретили. Я видела лишь мелких животных: рыжих белок, птиц. Раз углядела седую шкуру барсука.
Останавливались мы только на короткие привалы, перекусить и перевести дух. Ночевать на гиблых землях никто не хотел. Сок сказал, что, если не рассиживаться, можно прийти к озеру при свете дня и останется время на возвращение назад. Мы с Реем согласились. Только позже я поняла, что Сокур все-таки рассчитывает вернуться. А еще чуть позже осознала, что я — тоже.
Я смотрела на черную спину Рейтора, старалась ступать след в след и думала о трех словах.
Дорогу то и дело переплетали корни деревьев, которые не нашли себе места в земле, я перешагивала через них, думая, что после озера…
Вот после озера… Да, именно, после, потому что у Рейтора все получится, а у меня, разумеется, нет, потому что вряд ли, потому что у меня судьба такая… Потому что я нарушила два правила из четырех, что бы Сокур не говорил и как бы не уверял в глупости правил.
Я крутила три слова в голове так и эдак, и почти уверилась, что мы с Сокуром действительно поговорим после. Теперь мысль уже не казалась такой страшной, как раньше. Потому что папа с дедулей что-нибудь придумают, а мы с Соком будем здесь ждать и, наверное… целоваться. Или иначе… Сок отправится с нами, потому что Порядок мудр, потому что нам нельзя разделяться. Отправится — и тогда… Все получится.
Я уже и не знала, какая моя часть чего хочет, запутавшись окончательно. Но знала, что после озера — все станет яснее. Обязательно. Только бы дождаться этого «после» в текущей бесконечной нескончаемой дороге.
Ноги уже ныли, когда я наткнулась на спину Рея и устало подняла голову.
Опять яма?
— Марта! Озеро! — шепнул Рей, и я впервые услышала в его голосе надежду.
Не веря, я выглянула из-за его плеча и открыла рот.
Из-за темных деревьев неожиданно засверкала бирюза воды. Озеро познания раскинулось в осеннем лесу как драгоценный камень в медной оправе. Вода переливалась всеми оттенками бирюзы — от нежного мятного до глубокого изумрудного. На противоположной стороне высилась остроконечная оранжевая гора, вершина которой терялась в облаках. Над озером плыли серые тучи, но даже отражаясь в воде, они не могли сделать ее тусклее, как бы не старались. Вокруг стояла густая тишина, нарушаемая только редкими всплесками.
Вот оно? Так просто?
Я ведь уже почти не верила в его существование.
