– Таки не бачишь? Лучезарная? – он закусил ус, сдерживая смех, – Больно изнежился по царицынским пуховикам, Да шиблеты исшаркал по паркетам дворцовым.
– Так то Богами указано, – теперь она притворно нахмурила брови.
– Нехай боги простым людишкам указуют, А мы сами внуки Дажьбожьи, мы вои ордынские, – нахмурился в ответ сивоусый.
– Так, – примирительно сказала Малка, – Олекса вам не по нутру. Так кто ж? Кто ж у вас разумом богат, что с самим Разумом тягаться могет?
– Так младшой Разум! – ехидно ответил старшина, – И разумом богат и по паркетам не истрепался!
– Годиться! – согласилась Малка, – Он ноне со мной тогда поедет, ума разума добирать, а я вам его в гетманы обещаю от имени Матери всех Богов!
– Идет! – согласились запорожцы.
– По рукам! – Малка глянула на них и в глазах ее засверкали хитринки, – А откуда диду ты про внуков Дажьбожьих вспомнил?
– Так прибегала до тебя одна вертихвостка, такая же, как ты рыжая. Она нам все разобъяснила. Песни пела про сады для героев. Сказы про старых воев сказывала. Складно. И на бандуре играла, у нас так никто не могет, – ответил старый казак.
– Брунгильда!!! – ахнула Малка.
– Не, – возразил дед, – как-то ее не так заковыристо кликали. То ли Одарка, то ли Олеся.
– Спасибо диду, – ведунья вскочила и расцеловала его звонко в обе щеки и в седые усы, нимало смутив и старика и всех казаков, – Я свои обещания держу! Смотрите не подведите. Зовите своего младшого Разума. Пора ему в путь дорогу. Слышу вон, кони ржут. Старший братец его на подходе.
К перевалам Карантании подъезжал уже небольшой отряд. К Малке и Угрюмам прибавились Олекса Разум с десятком гусар и младший брат его Кирилл с десятком матерых запорожских сечевиков. Ближе к вечеру, ведунья вдруг резко повернула коня на почти неприметную тропинку, ведущую в глубину сурового соснового бора. Вскоре тропинка совсем потерялась среди высоких стволов, но старший Угрюм волчьим чутьем вывел их сначала в дубраву, а затем и к маленькому замку, стоявшему на круче, над глубоким ущельем. Навстречу им по камням уже цокали подковы скакуна. Малка остановила отряд взмахом руки, дожидаясь встречного. Из-за поворота горной дорожки показался всадник в дорожном плаще с накинутым на голову капюшоном.
– Ну что нашла?! – скинув капюшон, спокойно спросила девушка с распущенными по плечам рыжими косами.
– Кто ищет…, – в тон ей ответила любимица Артемиды, – Поговорим, что ли? Брунгильда!
– В замок не зову. Пусто там у меня, и скучно. Не живу я здесь, по миру болтаюсь. Давай на полянке присядем.
– Давай, – Малка подъехала к высокому пню, спрыгнула на землю, хлопнула коня по крупу отпуская пастись, – Вы там вечеряйте! – крикнула своим.
– Мне винится не в чем! – гордо вскинув голову, сразу начала валькирия.
– А я тебя и не винить приехала, – ведунья достала из торбы хлеб, корчагу вина, расставила ковшики, выложила сало, заботливо положенное в дорогу казаками, – Садись, чего в позу встала. Героиня! Я узнать приехала, как ты меня с Кудеяром провела?
– С Кудеяром? – Брунгильда залилась звонким девичьим смехом, услышать который от девы-воина ну никто просто не ожидал, – С Кудеяром? Так там все просто. Там все на виду. Ты сама себя заморочила, – она испуганно взглянула на Сиятельную, уж не обидела ли, помня со стародавних времен ее тяжелую длань. Увидела, что та не сердится, продолжила, – Когда отряды Девлет-Гирея, что он вел Сенькиным бродом на Москву, твои дружины пощипали и почти всех порубили, стал он со своей ватагой уходить. Куда не сунется, кругом засеки да заставы. Твои вои всех побили да развеяли. Решил он мелкими ватажками по овражкам выскочить. Кто куда пошел, кто на юг, кто на север, а сам Кудеяр подался туда, где его не ждал никто, прямо к Коломенскому дворцу…
– Тьфу ты черт!!! – выругалась Малка, – как же я этого от такого хитреца не додумалась ожидать!
– Тут уж я ему на помощь пришла. Явилась пред ним и повела лихого атамана в Голосовой овраг, в Дьяково урочище, туда, где Гусь-камень, да Девий-камень лежат…
– Во Врата? Кто ж тебе позволил!?
– Я сама валькирия. Я сама знаю, как героев хранить! – гордо вскинула голову Брунгильда, – Оврагом повела. Туману напустила и вывела их всех в Навь!
– Вот так! А я дура обыскалась их в Яви. А она их в Нави сокрыла! Молодец!!! – восхищенно ахнула Малка, – Так ведь я потом в Нави каждый уголок облазила!
– А я их потом, лет через полста, обратно и вывела в Дьяков овраг. Их стрельцы похватали. Но так как Смута кругом, кому они нужны, всех и отпустили с миром. Они в Крым ушли. Вот так-то вот! Сиятельная!!!
– Все! Спасибо тебе голубушка, – Малка вскочила, обняла валькирию и, неожиданно взъерошив ей рыжую копну волос, поцеловала прямо в губы, – Ты у меня с сердце камень сняла. Живи, спасай своих героев. Как подруги твои, остальные валькирии?
