– Чего хотят эти злодеи? Чего они добиваются? И кто из двоих им был нужен? Аннемари или Жюли? Или обе?
– Жюли, – ответил ван Эффен.
Он передал полковнику открытку, которую они с Жюли рассматривали несколько часов назад. Де Грааф осмотрел конверт и открытку и спросил, когда прибыло это послание.
– Жюли тогда очень расстроилась, но я постарался убедить ее не воспринимать это дело всерьез. Умный ван Эффен! Блестящий детектив ван Эффен!
– Значит, твои враги вернулись. Братья Аннеси снова в Амстердаме. Не теряя зря времени, заявили о своем присутствии и достали тебя самым эффективным способом. Прости, Питер!
– Мне так жаль девушек. Особенно Аннемари. Ей очень не повезло, что она оказалась здесь, когда преступники пришли за Жюли. Конечно же, это несравненный гений ван Эффен настоял, чтобы Аннемари осталась здесь, для ее же безопасности. Скоро будут предъявлены требования. Не забывайте, что Аннеси были и остаются специалистами по шантажу.
Де Грааф покачал головой и ничего не сказал.
– С вашей стороны очень любезно не развивать эту тему, господин полковник. Я и так помню, что эти люди применяют пытки. Именно поэтому я их и преследовал.
– Мы поступили не слишком умно, – сказал де Грааф. – А теперь все очень запуталось.
– С вашей стороны очень любезно употребить слово «мы». Но вы имеете в виду меня.
Ван Эффен вновь наполнил рюмку Тиссена, потом свою и опустился в кресло.
Пару минут спустя полковник посмотрел на него и спросил:
– Может быть, нам что-то предпринять? Например, опросить жильцов из соседних квартир и из дома напротив?
– Хотите проверить, как действуют похитители людей? Напрасная трата времени, господин полковник. Мы не узнаем больше того, что знаем сейчас. Мы имеем дело с профессионалами. Но даже профессионалы совершают ошибки.
– Пока что я не видел ошибок в их действиях, – мрачно заметил полковник.
– Я тоже. Я полагаю, что их целью была Жюли. – Лейтенант потянулся к телефону. – С вашего позволения я это выясню. Васко. Сержант Вестенбринк. Он единственный знал, где жила Аннемари. Эти люди, кто бы они ни были, могли проследить за ним и выяснить.
– Ты считаешь, что это возможно? Или вероятно?
Ван Эффен набрал номер.
– Возможно – да. Вероятно – нет. Я не думаю, что кто-нибудь в Амстердаме в состоянии проследить за Васко так, чтобы сам Васко этого не заметил. Точно так же я не думаю, что человек, за которым следит Васко, может обнаружить слежку. Васко? Это Питер. Кто-нибудь проявлял к тебе интерес с тех пор, как мы с тобой расстались сегодня утром? И ты ни с кем не разговаривал? Аннемари и моя сестра похищены… Скорее всего, не более часа назад. Нет, мы не имеем представления. Надень свой лучший гражданский костюм и погуляй по окрестным улицам, ладно?
Ван Эффен повесил трубку и обратился к полковнику:
– Целью преступников была Жюли. Никто не пытался разделаться с Васко при помощи металлических прутьев.
– И ты попросил его присоединиться к тебе?
– К нам, господин полковник. Он слишком ценный сотрудник, чтобы дать ему возможность залечь на дно и ничего не делать. И, с вашего позволения, я найму Джорджа.
– Твоего друга из «Ла Карачи»? Ты же говорил, что он не очень хорошо сливается с окружающей средой?
– Мы наймем его в помощь Васко. Как вы сами заметили, Джордж очень умен. Он едва ли не лучше всех, кого я знаю, понимает, как работает ум преступника. С точки зрения физических данных Джордж – лучшая гарантия безопасности. Итак, у нас есть прогресс. Очень небольшой, но есть. Мы теперь почти наверняка знаем, что так называемая «банда из дворца» и похитители девушек работают сообща. Иначе откуда бы братья Аннеси знали, что Рудольфа Энгела, который следил за одним из организаторов взрыва во дворце, убили и доставили в морг?
– «Банда из дворца», как ты их называешь, вполне могла совершить похищение. Ей могли приказать братья Аннеси.
– Тут два момента. Во-первых, какой смысл Аньелли похищать сестру лейтенанта? Никакого. В то время как у Аннеси есть серьезный мотив. Во-вторых, совершенно не важно, Аннеси дали Аньелли этот адрес или наоборот. Ясно как день, что они друг друга знают.
– И что нам дает этот факт, Питер?
– В настоящий момент ничего. Новые факты только усложняют ситуацию. Наши противники не дураки. Они прикинут, что мы можем выяснить, и примут меры предосторожности. Только против чего именно – я не представляю.
– Равно как и я. Мы ничего не делаем. Да и что мы можем предпринять?
– Почти ничего, не считая кое-каких мелочей. Мы можем заняться Альфредом ван Рисом, например.
– А какое отношение ван Рис имеет к Аннеси или Аньелли?
– Насколько я знаю, никакого. Но по крайней мере, мы будем что-то делать. Я предлагаю выделить для слежки за ван Рисом двух человек. Первый будет следить за Рисом, а второй будет следить за первым. Какое счастье, что Мас Войт остался жив! Кроме того, я предлагаю изучить банковские счета ван Риса.
– Для чего?
