– Пошлите туда человека, хорошо? Подождите минуту. – Он повернулся к полковнику и сказал: – Это сержант Оудшорн. Он сообщает, что тридцать восьмой дом пуст. Соседи говорят, что там уже давно никто не живет. Большая часть мебели отсутствует. Сержант Оудшорн – человек молодой, энергичный. Я говорил вам, что это задание ему понравится, и мы предоставили ему свободу действий. Так вот, сержант решил обследовать запертые буфеты и ящики шкафов.
– Очевидно, с помощью ломика и стамески?
– Думаю, да. Но я почти уверен, что никаких жалоб по этому поводу не будет. Оудшорн говорит, что ему попались какие-то странные карты и планы, в которых он ничего не может понять. Скорей всего, они не представляют никакого интереса, но мы не можем пренебрегать даже одним шансом из тысячи, поэтому я попросил Оудшорна прислать их сюда. Не мог бы человек, который повезет карты, по дороге прихватить какого-нибудь знающего парня из городского геодезического управления? Такой специалист помог бы нам разобраться с картами.
– Значит, один шанс на тысячу? И ты хочешь, чтобы эту грязную работу сделал я? – спросил де Грааф.
– Да. – Лейтенант вернулся к телефонному разговору: – Попроси того, кто повезет бумаги, заехать в геодезическое управление, взять там кого-нибудь потолковее и привезти сюда. Об этом договорится сам полковник.
Пока де Грааф давал по телефону инструкции (он никогда не обращался с просьбой), ван Эффен включил радио, так чтобы оно звучало совсем тихо. Передавали дикую какофонию – один из хитов, совершенно не во вкусе лейтенанта. Когда музыка прекратилась, он включил радио погромче. Послышался хорошо поставленный голос диктора:
«Мы прерываем нашу программу специальным выпуском новостей. Группа FFF, о деятельности которой вы все слышали или читали в газетах в течение последних двух дней, сделала новое заявление:
„Мы обещали пробить брешь в дамбе канала Норд-Холланд, либо в шлюзе Хагестейн, либо и там и там. Мы предпочли пробить брешь в дамбе. Шлюз Хагестейн мы не разрушили, потому что не приближались к нему ближе чем на пятьдесят километров. Но должны признать, что появление армии, полиции, вертолетов военно-воздушных сил и экспертов из Управления гидротехнических сооружений было впечатляющим.
Полагаем, что теперь никто не сомневается в том, что мы в состоянии вызвать наводнение любой силы по своему усмотрению. Причем мы можем это сделать в любом месте и в любое время. Наши акции останутся безнаказанными – помешать нам никто не в состоянии. Как мы уже отмечали и как снова продемонстрировали, правительство страны бессильно.
Уверены, что народ Нидерландов не желает продолжения подобных акций. Откровенно говоря, мы этого также не желаем. Но у нас есть определенные условия, которые должны быть выполнены, и мы хотели бы обсудить эти условия с ответственными членами правительства. Предлагаем организовать такую встречу сегодня вечером в любом месте. Встреча должна транслироваться по радио и телевидению. Переговоры будут вестись только с лицами в ранге не ниже министра нынешнего Кабинета.
Лицо, ведущее переговоры с нашей стороны, не может быть арестовано, взято в качестве заложника или подвергнуто каким-либо другим ограничениям. На всякий случай предупреждаем, что мины уже заложены к северу и югу от Лелистада. Более точных координат этих мин мы давать не намерены. Скажем только, что они гораздо мощнее того, что использовалось нами до сих пор, и для заделывания бреши потребуется несколько дней, а то и недель. Если наш человек не вернется к определенному часу, будет затоплена значительная часть Восточного Флеволанда. Никаких предупреждений о времени затопления сделано не будет. Брешь будет пробита ночью.
Ответственность за затопление Восточного Флеволанда и его обитателей полностью ляжет на правительство. Мы не так много просим – всего лишь поговорить с представителем правительства.
Если правительство проигнорирует нашу скромную просьбу, мы затопим польдер. Уверены, что после этого правительство станет более благоразумным и более внимательно отнесется к нашим просьбам. Граждане Нидерландов согласятся с тем, что правительство, которое из-за своей задетой гордости или гнева допустит затопление значительных территорий и создаст угрозу жизни многих людей, не может оставаться у власти.
Сотрудничать нужно сейчас, а не тогда, когда будет нанесен огромный ущерб, которого можно было избежать.
Мины уже на месте“.
Это полный текст заявления. Правительство предложило – не приказало – не делать никаких комментариев и не обсуждать это возмутительное требование до тех пор, пока оно не решит, что предпринять. Правительство заверяет граждан, что в его силах отразить эту и другие подобные угрозы».
Ван Эффен выключил приемник.
