– Вы были избраны потому, что Амстердам является важнейшим центром торговли оружием. Уже многие годы это главный центр торговли оружием, а также героином в Северной Европе. Это все знают. Наличие такой торговли говорит о сильнейшей коррупции правительства и органов, предназначенных следить за соблюдением закона.
Возмущенный Виеринга хотел прервать Риордана, но тот жестом приказал ему молчать.
– Конечно, есть и другие города, участвующие в торговле оружием, например Антверпен. Но по сравнению с Амстердамом там эта деятельность происходит в гораздо меньших масштабах.
На этот раз господин Виеринга не дал себя остановить. Он почти прокричал, что было совершенно не похоже на него:
– Просто вы решили, что затопить Бельгию у вас не получится!
Риордан продолжал говорить, словно ничего не слышал:
– Конечно, не все оружие, направляющееся в Северную Ирландию, проходит через Амстердам. Часть его поступает RAF. Другая идет…
– RAF! – Это был, конечно же, Бернард Дессенс, министр юстиции, почти никогда не вникавший в смысл дискуссий. – Вы намекаете, что британские военно-воздушные силы снабжаются…[13]
– Успокойтесь, вы, идиот, – прервал его Риордан, которого вывела из себя эта словесная перепалка. – Я имею в виду «Фракцию Красной армии» – наследницу кровавой «банды Баадера-Майнхоф», прославившейся своими злодеяниями в начале семидесятых. Часть оружия направляется преступным группировкам мафиозного толка в Западной Германии. Но основная масса оружия идет в Северную Ирландию. Вы знаете, какова обстановка в Северной Ирландии, господин министр?
Никто не попытался проследить за его взглядом, чтобы понять, к какому министру он обращается: к министру юстиции или к министру обороны.
– Вы можете себе представить те бесчеловечные условия, в которых там живут люди, те ужасные пытки, которые практикуют организации типа ИРА, то смертоносное безумие, которое царит там вот уже четырнадцать лет? Страной правит страх, он разрывает страну на части. Северной Ирландией никогда не будут совместно управлять представители двух общин, протестантов и католиков, потому что они разделены религией и, в меньшей степени, национальностью. Там на небольшой территории живет полтора миллиона человек, но, несмотря на все их разногласия, девяносто девять целых и девять десятых процента из них никогда никому не причинили зла. Все эти люди едины в одном: они ненавидят терроризм и хотят жить в мире. Но это желание при существующих обстоятельствах не может быть реализовано. Обычные политики, со всеми их недостатками и слабостями, продолжают соблюдать соглашения. В Ольстере подобные политики – вымирающий вид. Умеренности больше нет. К власти пришли демагоги и преступники. Страной правит горстка сумасшедших убийц.
Риордан впервые сделал паузу, главным образом для того, чтобы перевести дух, но никто не попытался воспользоваться ею, чтобы перехватить инициативу.
– Однако убийцам, даже сумасшедшим, нужно оружие, верно? – продолжал Риордан. – И это оружие им поставляется по морю из Амстердама. Очень часто, хотя и не всегда, его перевозят вместе с другими грузами. Разумеется, оружие находится в опечатанных контейнерах, и если амстердамская таможня этого не знает, то ваши таможенники – самые худшие и самые слепые, а может быть, самые продажные и алчные во всей Европе. В девяти случаях из десяти суда разгружаются в Дублине. Не могу сказать, как именно контейнеры с оружием проходят через дублинскую таможню, – я этого не знаю. Вряд ли речь может идти о сговоре, иначе четыре года назад таможня не сумела бы задержать партию нелегально переправленного оружия стоимостью в несколько миллионов долларов, которое предназначалось для ИРА. Но большая часть оружия благополучно проходит через таможню. Из Дублина контейнеры направляются под видом различных товаров, но чаще всего под видом товаров для дома. Грузовики везут эти контейнеры на склад в графстве Монахан, а оттуда – в садовый питомник в графстве Лаут. Не спрашивайте меня, откуда я это знаю, но этого трудно не знать. Местные жители об этом прекрасно осведомлены, но стараются не болтать. Из Лаута оружие переправляют в Северную Ирландию. И не контрабандой по ночам, не головорезами из ИРА. Его везут днем в машинах, которыми управляют женщины, главным образом молодые, окруженные смеющимися детьми. Все имеет совершенно невинный вид. Автоматический пистолет, приобретенный на Среднем Западе США, проделывает очень долгий путь, пока не попадет в руки какого-нибудь маньяка-убийцы, притаившегося в темной улочке Белфаста или Лондондерри. Долгий путь, очень долгий. Но на этом долгом пути есть одна важная точка – это Амстердам. Так мы с вами вернулись к Амстердаму.
Риордан сел.
