Наш первый круг на север к побережью материка закончился одной из множества ложных тревог того дня. Через двадцать минут после вылета из Торбея мы увидели небольшую реку, впадавшую в море. На протяжении одной мили мы шли вверх по течению. Затем неожиданно появившиеся деревья, росшие по обеим сторонам берега, встретились в центре, где река протискивалась сквозь скалистое ущелье.
– Хочу посмотреть, что там! – крикнул я в микрофон.
Уильямс кивнул:
– Мы пролетели участок, где я могу посадить вертолет, с четверть мили назад. Вернемся и высажу вас там.
– Уильямс, у тебя же есть канат. Можешь опустить меня на нем?
– Знали бы вы, на что способны ветры скоростью сорок-пятьдесят миль в час в долине с крутыми склонами, никогда бы такого не предложили. Даже в шутку. Я хочу вернуть эту птичку домой.
Поэтому Уильямс взял курс назад и без больших сложностей высадил меня в укрытии утеса. Через пять минут я добрался до истока реки в ущелье. Еще через пять минут я снова сидел в вертолете.
– Нашли что-нибудь? – спросил лейтенант.
– Нет. Только вековой дуб поперек реки, прямо перед ущельем.
– Они могли и переместить его.
– Он весит две-три тонны, увяз в грязи на фут, судя по всему, он там не первый год.
– Ну, не может же нам повезти с первого раза.
Спустя несколько минут мы увидели еще одно устье реки. Вряд ли там можно разместить хоть какое-нибудь судно, но мы все равно направились туда. Меньше чем в полумиле от устья река пенилась на порогах. Мы повернули назад.
Когда совсем рассвело, нам удалось добраться до северной границы этой области. Горы с крутыми склонами уступили место отвесным скалам, которые погружались в море чуть ли не вертикально.
– Насколько далеко все это тянется на север? – спросил я.
– На десять-двенадцать миль до вершины озера Лох-Лэрг.
– Уверен?
– Много раз там бывал.
– Там есть пещеры?
– Ни одной.
Я так и думал.
– А что с другой стороны? – Я указал на запад, где гористая береговая линия, которую из-за ливня и низко проносящихся туч видно было не более чем на пять миль вперед, обрывалась с вершины Лох-Лэрга в пролив.
– Даже чайкам там не приземлиться. Поверьте мне.
Я ему верил. Мы вернулись к стартовой точке на побережье, затем направились на юг. С острова Торбей к материку море представляло собой практически сплошную массу больших вспененных, с белыми шапками волн, маршировавших на восток сквозь темный узкий залив. Между волнами пролегали длинные кремовые линии пены, сорванные с их гребней. В поле зрения не было ни одного судна, даже большие дрифтеры не решились выйти в такую погоду. Из-за штормового ветра вертолету приходилось туго, его сильно трясло и качало, словно потерявший управление скорый поезд в последние секунды до того, как он сойдет с путей. Один час, проведенный в полете в таких условиях, навсегда отвратил меня от вертушек. Но когда я подумал о том, каково быть сейчас внизу на судне в кипящем водовороте узкого залива, моя любовь к этому проклятому вертолету резко возросла.
Мы пролетели двадцать миль на юг, если то, как нас трясло и кидало в воздухе, можно назвать полетом, но охватили все шестьдесят миль в этом направлении, так как нам предстояло исследовать каждый небольшой пролив между островами и материком, каждую естественную гавань, каждый морской залив и небольшую бухту. Бóльшую часть времени мы летели очень низко, не выше двухсот футов. Иногда приходилось опускаться ниже на сотню футов, настолько сильно лил дождь и настолько сильно дул ветер, колотивший по лобовому стеклу, дворники были практически бесполезны, и нам приходилось опускаться максимально низко, чтобы хоть что-то увидеть. Как бы там ни было, мне кажется, мы не упустили ни ярда береговой линии материка и ближайших к берегу островов. Мы увидели все и не увидели ничего.
Я посмотрел на часы – половина десятого. День проходил безрезультатно.
– Как долго продержится вертолет в таких условиях? – спросил я.
– Я облетал Атлантику на расстоянии сто пятьдесят миль от материка в погоду хуже этой. – Лейтенант Уильямс не выглядел напряженным, обеспокоенным или уставшим, скорее, наоборот, казалось, ему нравится происходящее. – Вопрос в другом: как долго продержитесь
– Признаюсь, недолго. Но нам нужно искать дальше. Сейчас вернемся к точке, где ты меня подобрал, и дадим круг по побережью Торбея. План такой: сперва южное побережье, затем на север и на западное побережье, далее на восток мимо Торбея и вниз на южное побережье пролива.
– Так точно, сэр. – Уильямс направил вертолет на северо-запад, нас качало и заносило, что не очень хорошо сказалось на моем желудке. – Там в коробке есть кофе и сэндвичи.
Я не стал ни есть, ни пить.
