– Меня зовут Калверт. Они велели вам отпугивать всех посетителей, не так ли, мистер Макэхерн? – (Ответа не последовало.) – Этим вечером я задал несколько вопросов вашему другу Арчи Макдональду, сержанту Торбея. Он сказал мне, что вы женаты. Я не вижу миссис Макэхерн.
Он приподнялся, старые, налитые кровью глаза заблестели, но потом снова откинулся на стуле, глаза потускнели.
– Как-то ночью вы выходили на своем судне, ведь так, мистер Макэхерн? И тогда вы увидели больше, чем следует. Они вас поймали и привели сюда, но забрали миссис Макэхерн и предупредили, что если вы хоть слово кому-нибудь скажете, то никогда больше не увидите свою жену. То есть живой не увидите. Они приказали вам оставаться здесь, на случай если появятся ваши знакомые или какие-нибудь незнакомые люди, которые поднимут тревогу, если вас не найдут. А чтобы у вас не возникло соблазна отправиться на материк просить помощи, хотя я бы ни за что не подумал, что вы настолько сумасшедший, чтобы это сделать, они сломали ваш двигатель. С помощью мешков, пропитанных соленой водой. Ни один человек не заподозрит неладное, просто посчитают, что поломка двигателя вызвана небрежным отношением.
– Да, это сделали они. – Он отрешенно уставился на огонь, а его голос напоминал тихий шепот человека, который думал вслух и едва сознавал, что говорит. – Они забрали ее и угробили мое судно. У меня были сбережения в задней комнате, они и их прихватили. Как жаль, что у меня нет миллиона фунтов стерлингов, чтобы откупиться от них. Только бы они оставили мою Маири. Она на пять лет старше меня. – Макэхерн больше ничего не скрывал.
– На что же вы живете? – спросил я.
– Раз в две недели они привозят мне немного консервов и сгущенное молоко. Чай у меня есть, иногда ловлю рыбу с утесов. – Он уставился на огонь, наморщив лоб, словно неожиданно осознал, что я привнес что-то новое в его жизнь. – Кто вы, сэр? Кто вы? Вы не один из них. И вы не полицейский, я точно знаю. Я их видел, полицейских этих. Но вы совершенно другое дело.
Признаки жизни проявились на его лице и в глазах. Он смотрел на меня целую минуту, мне уже становилось некомфортно под взглядом увядших глаз, как вдруг он сказал:
– Я знаю, кто вы. Я знаю, кем вы можете быть. Вы правительственный агент. Вы агент Британской секретной службы.
Ну что же, снимаю шляпу перед этим стариком. Вот стою я, ничем не примечательный, в застегнутом до подбородка костюме для подводного плавания, и он тотчас меня вычисляет. Вот все, что нужно знать о неприметности тех, кто охраняет секреты нашей страны. Я подумал о том, что бы сказал ему дядя Артур, будь он на моем месте: автоматические угрозы об увольнении и заточении в тюрьму, если старик произнесет хотя бы слово? Но у Дональда Макэхерна нет работы, чтобы грозить ему увольнением. А поскольку он всю жизнь провел на Эйлен-Оране, даже тюрьма особо строгого режима показалась бы ему гостиницей, которой Эгон Рони без раздумий присвоил бы шесть звезд. Так что никакого смысла в запугивании не было. Впервые в жизни я признался:
– Да, я агент секретной службы, мистер Макэхерн. Я собираюсь вернуть вашу жену.
Он очень медленно кивнул:
– Это будет очень смело, мистер Калверт. Вы же знаете, какого рода люди будут вас поджидать?
– Если я когда-нибудь получу медаль, мистер Макэхерн, скорее всего, это произойдет по ошибке, но в остальном я очень хорошо осведомлен о том, кто мне противостоит. Постарайтесь поверить мне, мистер Макэхерн. Все будет в порядке. Вы ведь участвовали в войне, да?
– Вы и это знаете. Кто вам рассказал?
Я покачал головой:
– Никто мне не говорил.
– Благодарю вас, сэр. – Он неожиданно выпрямился. – Я служил двадцать два года. Перед вами сержант пятьдесят первой хайлендской дивизии.
– Сержант пятьдесят первой хайлендской дивизии, – повторил я. – Очень многие люди, мистер Макэхерн, и не все они шотландцы, считают, что лучшей дивизии не было во всем мире.
– И уж не Дональду Макэхерну не соглашаться с вами, сэр. – Впервые тень улыбки коснулась его увядших глаз. – Может, один или два случая были хуже. Вы убедительны, мистер Калверт. Мы никогда не бежали, не теряли надежды и не сдавались. – Он неожиданно встал. – Боже мой, о чем я говорю? Я иду с вами, мистер Калверт.
Я поднялся и коснулся его плеча:
– Благодарю вас, мистер Макэхерн, но нет. Вы уже сделали достаточно. Ваши боевые дни закончились. Оставьте это мне.
Он молча посмотрел на меня, затем кивнул. Снова тень улыбки.
– Да, возможно, вы правы. Я просто буду вам мешать. Я это понимаю. – Он устало опустился на стул.
Я направился к двери:
– Спокойной ночи, мистер Макэхерн. Скоро ваша жена будет в безопасности.
– Скоро моя жена будет в безопасности, – повторил он и поднял на меня повлажневшие глаза, а когда заговорил, то в его голосе, как и на лице, было легкое удивление. – Знаете, я в это верю.
– Не сомневайтесь. Я лично верну ее вам, и это доставит мне больше удовольствия, чем что-либо сделанное мной ранее в этой жизни. В пятницу утром, мистер Макэхерн.
