На широком экране размером с классную доску появились застывшие изображения фантомов в избушке.
Пригожин часто-часто заморгал. Откуда взялись эти люди? Неродившийся сын с «мамкой», в полном составе лаборатория Зверева с академиком под занавес, — не были запланированы в «галлюцинациях»!
— На кой ты наворотил стольких призраков? Даже дебил понял бы, что в галлюцинациях явный перебор! Немудрено, что доктор наук сообразил это и нашёл источник своих видений! — начальник ударил кулаком по столу. Пульт свалился на пол. Пригожин вжал голову в плечи. Предательский пот страха разом испарился, Алексей Исаевич затрясся от холода.
— Подай пульт!
Пригожин склонился, поднял пульт с пола и положил на стол. Тело его отказывалось разгибаться.
— Это что?! — взревел генерал, отчего Пригожин сжался и затрясся. Он видел на экране собственное изображение!
— Ты зачем приволок Зверева на базу? Что ты там лепил горбатого про все блага мира, идиот?!
— Эт-то не я, — отстукал зубами Алексей Исаевич.
— Эт-т-то я!!! — взорвался генерал. Нажав кнопку на столе, он включил свет и посмотрел на Пригожина. Алексей Исаевич трясся от страха. И боялся он, отнюдь, не генерала. Собственного изображения пугался.
— Орёл и уж, — сказал он вслух. — Рождённый ползать…
— Летать не может, — уже бодрее сказал Пригожин. По опыту он знал: начальство выпустило пар, теперь начнётся деловой разговор.
— Получается, Алексей Исаевич, ты не выходил за рамки, проявляя самодеятельность, — рассуждал вслух генерал. — Из спецэффектов ты использовал только изображения троих полудурков с лыжной базы, магнитный резонанс с кружкой и кольцами ковра. Тогда объясни мне, откуда явились остальные личности, в том числе твой двойник? Почему он затащил Зверева на базу и морочил ему голову?
Пригожин не знал ответов, как и генерал. У Алексея Исаевича была маленькая надежда, что начальник, рассуждая вслух, придёт к какому-нибудь понятному умозаключению. Генерал не заставил себя ждать, его вывод был ошеломляюще прост.
— Решил сыграть в свою игру, господин Пригожин?
Если до сего времени Пригожин ощущал себя зарытым в песок, то теперь он понял: это не мелкие крупицы кремния, а кристаллы льда из тяжёлой воды сдавили его грудную клетку. Именно эти кристаллы используют при синтезе чудо-препарата «лавбера». Алексей Исаевич не знал, что ответить.
— Заимел «двойничка», заслал своих агентов к Звереву, — развивал мысль начальник, добивая Пригожина. — Решил в одиночку получить формулу и…
Генерал эффектно щёлкнул пальцами.
— Куда решил толкнуть секрет нашей научной мысли?
Пригожин ждал продолжения разоблачений его «коварных планов». А генерал вдруг замолчал.
Пауза затянулась.
Сообразив, что молчание в данный момент совсем не золото, Пригожин решился.
— Никогда не подозревал в себе такую изобретательность, — сказал он охрипшим голосом.
— Все мы не знаем собственных резервов, — генерал вышел из-за стола, похлопал подчинённого по плечу. — Присядь! Ты ж не в кабинете директора школы.
Пригожин подчинился. Гроза, похоже, миновала. Но тело его по-прежнему продолжало потряхивать, совсем как у Зверева. Приступы «эпилепсии» у Михаила Ивановича он наблюдал сам. Как и проекции призраков «помощников». Но никаких посторонних людей он не видел. Слайды генерала озадачили Пригожина.
— Всё дело в том, что камера слежения, та, что у тебя, неспособна двигаться за объектом. Когда Зверев выходил из сторожки, ты уже ничего не мог наблюдать. Или мог?
— Мне было поручено смотреть только за Зверевым. Будь я рядом, обязательно увидел бы движущиеся объекты.
— Остроумию господина Пригожина нет предела! Воистину, Алексей Исаевич, ты не знаешь своих внутренних резервов. Что ж, — генерал пожевал губами, — подумаешь и сообразишь, верно?
Что означают эти слова, Пригожин хорошо знал. Сейчас войдут мордовороты из личного взвода генерала и уведут в камеру. Он поднялся на ноги и заложил руки за спину.
— Да! И думать будешь не больше трёх часов! — сказал генерал на прощанье, кнопкой вызова открыв дверь в кабинет.
Пригожина увели подумать.
Михаил Иванович никак не мог дойти до мерцающих огоньков. Он продрог и проголодался. Зверев уже клял себя за то, что вышел из тёплой избушки на поиски приключений.
Залаяла собака. Тусклые огоньки приблизились. Рядом жильё. Михаил Иванович снял отяжелевшие лыжи, оставил их у кромки леса. На случай, если придётся спасаться от цивилизации. Зверев, завидев первую избу, решил привести себя в порядок. Он вывернул куртку на лицевую сторону, стал похожим на нормального человека.
