…Агнесса стояла посреди столовой и с возмущением взирала на стол. Посреди стола, на чистенькой тарелке из саксонского фарфора, красовалась сомнительная и весьма неаппетитная куча.
– Что это? – спросила Агнесса.
– Понятия не имею, – Леха приблизился к столу. – По-моему, это дерьмо.
– Кошачье дерьмо, – поправила я спокойно. Пупик и здесь остался верен себе. Безболезненной адаптации к новому месту жительства не получилось.
– Кошачье? – взвизгнула Агнесса. – Ты что, кошку завел?
– Это моя кошка. Вернее, кот, – заметила я.
– Видишь, мама, как просто все разрешилось, – рассмеялся Леха.
– Она и кошку с собой привезла?
– Кота, – устало перебила я. – Не на улице же его оставлять, в самом деле.
– Я уезжаю! Ноги моей не будет в этом доме, пока эта… пока этот… – Агнесса беспомощно переводила взгляд с тарелки на меня.
– Завтра в семь, мама. Мы будем тебя ждать…
Но Агнесса не дослушала сына. Она пулей вылетела из столовой. Ничего не скажешь, весело начинается жизнь с удачливым бизнесменом…
Во избежание дальнейших эксцессов Пупик на следующий вечер был заперт на прилегающей к кухне территории. Еще днем я дозвонилась до Лаврухи и пригласила его на вечеринку. Он воспринял это известие с энтузиазмом.
– Форма одежды парадная, – проворковала я в трубку. – И побрейся. Будет роскошное общество. Может быть, удастся втюхать кому-нибудь твои картины.
– Совсем ты обуржуазилась, старуха. А сам-то он кто такой, твой новый владелец?
Я расписала достоинства Титова и продиктовала адрес. Лавруха засопел.
– Далеко забралась.
– Экологически чистое место. Жеку мне самой пригласить или ты за ней заедешь?
– Сама с ней разбирайся.
– Хорошо. Будь к семи, и не вздумай опоздать.
Я нашла телефон Жекиной соседки по даче и набрала номер. Пять минут ушло на то, чтобы уломать соседку позвать к телефону Женю Соколенко. Еще двадцать минут я уламывала саму Жеку.
– Я очень прошу тебя, приезжай… Для меня это важно.
– Я не могу, Катька… Ты же знаешь, детей мне деть некуда.
– Договорись с хозяйкой, она же у тебя ангел.
– Падший ангел…
– Каких-нибудь вшивых два часа… Тебя привезут и отвезут, никаких проблем.
– У тебя давно уже нет никаких проблем, – это было несправедливо по отношению ко мне, но все же я проглотила пилюлю.
– Я очень прошу… Не бросай меня!
Это был запрещенный прием, которым я почти никогда не пользовалась. И Жека согласилась.
…Вечеринка началась ровно в семь. Под нее была отведена небольшая лужайка, засеянная травой. Отсюда хорошо просматривался залив. В высоких соснах шумел ветер, мелкие волны накатывали на берег, Леха был мил, купленное сегодня утром платье сидело на мне великолепно, а полное отсутствие белья придавало моим движениям необходимую пикантность. Конечно, о любви с первого взгляда речь не идет (Быкадоров стоил мне слишком дорого), но Леха неглуп, искренне ко мне относится и к тому же – совсем недурен как любовник.
Это неплохой стартовый капитал. Леха стоит того, чтобы смириться с излишней подозрительностью его телохранителей и даже попытаться укротить его мамашу.
На вечеринку Агнесса Львовна так и не приехала, и нельзя сказать, что я особо огорчилась по этому поводу.
Друзья Лехи оказались солидными людьми с хорошими манерами. Я была представлена им как подруга хозяина, и они поочередно приложились к моей руке. А когда это сделал один из высших городских чиновников (кормившийся, очевидно, из Лехиного топливного корыта), я почувствовала себя просто великолепно. Неплохо начинается твоя новая жизнь, Катерина. И ты просто создана для этой жизни.
Гвоздем вечера действительно стала картина, вернее, мое фантастическое сходство с Девой Марией. После того, как высокие гости обнюхали ее со всех сторон, я едва устояла под шквалом комплиментов. Произошло то, чего и добивался Алексей Алексеевич Титов: все стрелы легли точно в цель. Меня рассеянно расспросили о галерее и так же рассеянно выслушали мои ответы. А через пятнадцать минут я стала счастливой обладательницей вороха визиток, нескольких приглашений на презентации и даже билета на выставку «Нефтекомплексы и оборудование для нефтеперерабатывающих заводов».
"Вы очаровательны, Катенька, вы можете обращаться к нам в любое время”, – музыкой звучало в моих ушах. Положительно, я создана для того, чтобы блистать. Ни управленцы, ни чиновники, ни бизнесмены больше не пугали меня, я выглядела естественной. Даже более естественной, чем обычно. Пара умных мыслей, пара удачно рассказанных анекдотов, пара капель дорогих духов на запястьях – приручить всех этих мужчин не составило труда. Меня так увлекли их властные морщины и сильные надбровные дуги, что я напрочь забыла о Лаврухе и Жеке. Я больше не нуждалась в группе поддержки.
Но она прибыла, хотя и с опозданием.
Первым на представительской лужайке появился Лавруха с довеском в виде Херри-боя. Херри-боя, с которым я уже распрощалась навсегда.
– Алексей Титов. Лаврентий Снегирь, – представила я друг другу Леху и Снегиря. – Поздоровайтесь, мальчики.
Мальчики пожали друг другу руки.
– А второй – и есть твоя подруга? – ревниво спросил Леха.
