Баронесса, любуясь его прекрасным, как у античной статуи, обнаженным телом, поглаживала его теплыми ладонями. Всякий раз, как она прикасалась к нему, он чувствовал, как в нем разгорается огонь. Сдерживать себя более он не смог. Правда, он не знал, что должен испытывать мужчина в такие моменты. Кроме того, ему было уже совершенно неважно, кто эта женщина. Он и сам знал, что этой женщине тоже неважно, кто он такой. Подобное в ее спальне происходило каждую ночь. И все-таки Сеит не позволит мучить себя. Внезапно он повернулся к ней и яростно схватил ее, уже обнаженную, прильнувшую к его телу своей полной грудью. Он притянул ее к себе. Теперь уже ничто не могло его остановить. Женщина, ублажавшая в этой самой комнате множество мужчин до него, была поражена преоображением этого послушного, стеснительного, неопытного юноши и, опасаясь его жестокости и агрессии, попыталась успокоить его, произнеся несколько ласковых слов, но безуспешно. Сеит мстил женщине, которая уже несколько часов повелевала им. Он не слышал ее мягкого и соблазнительного голоса, приглашавшего заняться нежной любовью. С этой минуты он все будет делать по-своему. Он сам уложил ее на постель, не замечая ее изумления. Такое было с ней впервые. До сих пор она сама решала, сколько удовольствия каждый из ее гостей должен ей доставить. Но на этот раз с этим строптивым, упрямым юношей, чья мужественность рвалась вперед, сметая все преграды на своем пути, все было по-другому. Все, что ей оставалось, – отдаться его силе и власти.
Вставая с кровати, Сеит знал, что он теперь не тот стыдливый мальчик, который вошел сюда. Теперь он чувствовал свободу, как будто выдержал трудное испытание. Когда он начал одеваться, то осознал, каким естественным и притягательным является обнаженное человеческое тело, хотя всего час назад разделся с таким трудом. С удовлетворенной улыбкой он посмотрел на лежавшую в постели женщину, следившую за ним. Баронесса едва слышно произнесла:
– Ты придешь еще?
– Не знаю, – сказал Сеит и поздравил себя с таким ответом. Он подумал, что взрослый мужчина ответил бы именно так. Он закончил одеваться и вышел из комнаты.
Петр ждал его внизу:
– Ради бога, где ты был? Или ты решил остаться здесь до утра?
Затем, посмотрев на друга внимательно, он поинтересовался:
– С тобой все хорошо? Все в порядке? Скажи, как все прошло? Она замечательная, правда?
Сеит, уже выходя, спросил:
– Может, спросишь то же самое у нее про меня?
– Надо же, посмотрите-ка на него! Курт Сеит, я гляжу, ты сама скромность.
– Скажи, Петр, кто на самом деле эта женщина, которую ты назвал баронессой?
Петр засмеялся:
– А ты сам не догадался, кто она? Или не мог у нее спросить за все то время, что был с ней? Вы что, совсем не разговаривали?
Сеит засмеялся:
– Ты привел меня сюда разговаривать?
Юноши вскочили на коней. Оба чувствовали себя легко и свободно, как птицы.
Обессиленные, опьяненные шампанским и ароматом духов, наполнявшим дом, запахом дров в очаге, сигаретным дымом, они чувствовали, что переполнены впечатлениями. Труся рысцой по снегу, покрывшем дорогу, они вдыхали холодный чистый воздух. Холода они не испытывали. Усталость не мешала бодрости.
– Скажи мне, – сказал Петр, – баронесса так и не рассказала тебе свою историю?
– Нет. Она ни о чем мне не говорила. А что, история интересная?
– Она рассказывает эту историю каждому новичку. Она немка. Титул получила от первого мужа, тоже немца. Он умер во время их первого путешествия в Санкт-Петербург. Некоторые даже думают, что она ему в этом помогла. Баронесса влюбилась в нашу страну, в наш город, осталась здесь и вышла за богатого русского купца. Представь, какой она была двадцать лет назад. Она была умопомрачительной красоты. Конечно, вскоре она была принята в высшем московском обществе как госпожа Стасова. Она убедила мужа позволить ей пользоваться титулом прежнего мужа. Так что все считают ее, госпожу Стасову, баронессой.
– Это не надоело новому мужу?
– Не думаю. Впрочем, матушка говорила, что у него не было времени на это. Бедняга тоже умер через пару лет.
– Готов поверить, что она убила обоих мужей.
– Ты не один готов в это поверить. Таким образом она вошла в высшее общество Санкт-Петербурга.
– Люди знали о ее образе жизни?
– Конечно.
– Как же они с ней общаются, зная об этом?
– С ней общаются именно из-за этого и благодаря ее титулу.
– Я тебя не понимаю.
– Баронесса – сущий подарок для родителей юношей. С ней им легче. Никто не беспокоится о взрослении отпрысков благородных семейств, все уверены, что баронесса обучит их всему, что полагается.
– Не могу поверить в это, – удивленно покачал головой Сеит, и они пустились галопом к дому.
