— Послушайте, — сказал он наконец, когда мы свернули на широкую пешеходную улицу, ведшую вниз по склону холма к реке. — Мне действительно хотелось бы поддерживать с вами контакт. Вы — единственная из тех, с кем я говорил, кто воспринял случившееся всерьез. Я пытался подключить и своего редактора. Она согласилась начать кампанию, которая побудила бы всех поинтересоваться жизнью своих соседей, но мне до сих пор кажется, что речь идет о чем-то более зловещем, чем простое отсутствие общественного духа.
— Зловещем?
— Ну, вы поняли. В том смысле, что их убивают.
Остановившись как вкопанная, я повернулась к нему.
— Вряд ли их убивают, — сказала я.
— Вы и впрямь так не думаете?
— Нет никаких оснований предполагать, что их убили. В дома никто не вламывался… — Не считая соседнего, подумала я, вспомнив провалившееся внутрь кухни дверное стекло. — Никаких травм, никакого насилия. Они просто умерли.
— Возможно, они отравились медленнодействующим ядом, — сказал он, — или газом из бойлеров, или еще чем-нибудь.
— Слишком натянуто, — заметила я. — К тому же нет улик. Почему вы решили, будто их убивают?
Щеки его покраснели, он понизил голос, так что пришлось придвинуться ближе, чтобы его услышать.
— Может, и не убивают. Но кто-то явно в этом замешан. Не могли же они просто так взять и решить умереть?
— Почему бы и нет? Почти как ваши японские подростки.
Мы пошли дальше. У подножия холма мне оставалось лишь перейти дорогу к полицейскому управлению. Не хотелось, чтобы кто-то видел, как я разговариваю с журналистом, и я придумывала повод расстаться с ним раньше.
Сэм шел сгорбившись, сунув руки в карманы. Вид у него был задумчивый, словно он пытался найти какой-то решающий аргумент, который положил бы конец разнице во мнениях. Я остановилась на углу.
— Мне в ту сторону, — сказала я не терпящим возражений тоном. — Приятно было познакомиться.
— И мне, — ответил он.
Что такое? Неужели он так легко готов сдаться?
— До свидания, Аннабель. — Он крепко пожал мне руку; ладонь его была теплой.
— До свидания. Удачи вам.
— И вам.
Я посмотрела вслед Сэму, а потом повернулась и нажала кнопку светофора, дожидаясь зеленого сигнала.
В офисе не оказалось никого, кроме Кейт.
— Я думала, ты заболела, — сказала она. — Почему пришла?
— У меня раскалывалась голова, — ответила я, снимая пальто и вешая его на стойку у двери, — но сейчас все прошло.
Я села, включила монитор, ввела номер пользователя, пароль и дождалась, когда пройдут все необходимые проверки и можно будет приступить к работе. Как обычно, процесс занял целую вечность.
— Пойду поговорю кое с кем, — сказала я Кейт, которая смотрела в окно в состоянии глубокой задумчивости.
— Угу, — ответила та.
Фрости сидел у себя — дверь в кабинет была полуоткрыта. Я постучала.
— Вы сильно заняты? — спросила я.
Он поднял взгляд от монитора:
— Не настолько, чтобы вас не принять. Входите, садитесь.
Я опустилась на стул напротив его стола.
— Только что встретила вашего друга, — сказала я.
— Вот как?
— Сэма Эверетта.
Фрост рассмеялся:
— Я знаю Сэма еще с младенчества.
— Вам известно, что он интересуется теми трупами и пытается уговорить своего редактора раздуть из этого историю.
— И что вы ему сказали?
— Ничего, — быстро ответила я. — А что, собственно, я могла сказать? Ему следовало обратиться в отдел по работе с прессой, а не ко мне.
— Боюсь, там все как всегда: у отдела по работе с прессой свои планы, и, увы, наши трупы в них не входят.
Наши трупы? Неужели он наконец заинтересовался, причем серьезно?
— Вы знаете, что самый последний нашла я?
— Нет, не знал, — подался он вперед.
— Это была моя соседка. Потому я и начала разбираться, что к чему.
— О господи, Аннабель. Какой кошмар. Вы хорошо себя чувствуете?
Он говорил серьезно.
— Да, вполне, — ответила я. — Вот только запах вряд ли скоро забудется.
— Верно, — кивнул он. — Первый труп в своей жизни я увидел, когда мне было восемнадцать, я служил стажером в патруле. Я пытался подготовиться заранее, но на самом деле это невозможно. Я пошел в тот дом, соседи сказали, что не видели пожилую леди уже три недели. Я почувствовал запах, еще не дойдя до двери, а когда вошел… В общем, ничего хорошего там не было. Она лежала в постели, а когда тело наконец сдвинули с места, ее скальп, прилипший к спинке кровати, слез с черепа. Меня стошнило на заднем дворе.
— Меня не стошнило. Хотя, может, было бы лучше, если бы стошнило. Мне просто пришлось несколько раз принять душ. И выкупать кошку, которая извалялась в этой дряни.
— Брр.
— Послушайте, вам не кажется, что дело принимает серьезный оборот? Это уже двадцать четвертый труп, и наверняка скоро появится следующий. Вряд ли вы сомневаетесь в том, что многих мы еще просто не нашли?
— Да? — спросил он. — А с чего вы взяли, что будут еще трупы?
Я прикусила губу, не в силах скрыть разочарование, — еще мгновением раньше я полагала, что он на моей стороне в отличие от остальных, которые ничего не понимали. Но я надеялась, что хотя бы он что-то понял. Он знал, что от этой проблемы все равно никуда не деться.
— Вы же сами знаете, что будут, — сказала я.
Он посмотрел мне прямо в глаза:
