— Скоты! — прошептала Леона, ослепленная болью от раны на голове.
Чернобородый мужчина и другие сумасшедшие подняли Джоша на ноги, выволокли из отдела домашних животных, протащили через «Товары для дома», «Спортивные товары» и вдоль центрального прохода к ряду касс у выхода. Здесь их поджидал еще один мужчина с короткой двустволкой и связкой ключей на поясе. Джоша бросили на пол, он дышал сквозь зубы с присвистом.
— Ноги, — сказал бородатый, и человек с ключами нагнулся, чтобы отпереть замок.
Джош осознал, что слышит мерный шум, и посмотрел в окно. Шел сильный ливень, потоки воды попадали в магазин через разбитую витрину. Лошади не было видно, и Джош надеялся, что для нее нашлось сухое место, чтобы умереть.
«Да поможет всем нам Бог!» — думал он. И хотя, когда его привели ко входу, он не видел остальных маньяков, но знал, что все они на этом этаже — прячутся, ждут, готовые начать игру.
«Сберегите дитя». Шипящий голос, исходивший из горла Поу-Поу, снова ожил в его сознании. «Сберегите дитя». Он должен пересечь магазин за пять минут, и не имеет значения, что эти безумные уроды набросятся на него. Он будет пользоваться всеми приемами, которые помнит еще с футбольного прошлого. Он снова должен сделать свои заржавевшие колени молодыми.
«О Господи, — молил он, — если Ты когда-нибудь благоволил к круглому дураку, прояви свою заботу сейчас!»
Замок открыли, цепи с лодыжек Джоша сняли. Его поставили на ноги, но запястья были крепко скованы друг с другом, цепь обвивала предплечья и кисти. Джош мог сжать левую ладонь, но правая была неподвижна. Он посмотрел на противоположный конец «Торгового дома К», и сердце у него сжалось, — казалось, чертов финиш находится за десять футбольных полей от него.
В отделе домашних животных Сван положила голову на плечо Леоне, которая сбивчиво дышала, стараясь не закрывать глаза. Девочка знала: Джош сделает все, что в его силах, чтобы добраться к ним вовремя, но знала и то, что он может потерпеть неудачу.
Лорд Альвин блаженно смотрел на нее с улыбкой святого, выставленного в витрине. Он сверился с часами на запястье, потом повернул электромегафон в сторону входа и проревел:
— Итак, игра в «смирительную рубашку»… начинается! Пять минут, дружище Джош!
Сван вздрогнула и стала ждать, что будет.
При звуке голоса Альвина Джош так и подскочил. Но не успел он сделать и шага вперед, как чья-то рука обхватила его сзади за шею и начала душить.
«Старик чернобородый, — понял он. — Мерзавец пытается разделаться со мной прямо здесь!»
Отработанным движением Джош резко запрокинул подбородок так называемым ударом головой назад — но на этот раз вложил в него все свои силы. Его затылок со стуком ударил чернобородого по лбу, и державшая Джоша рука внезапно пропала. Джош обернулся, чтобы завершить начатое, и обнаружил, что чернобородый сидит на полу: глаза у него остекленели, а лоб уже побагровел. Другой сумасшедший взмахнул ружьем, указывая в глубину магазина.
— Вперед! — приказал он и оскалил зеленые зубы.
У Джоша не было лишнего времени. Он повернулся и побежал по центральному проходу.
Едва он сделал шесть больших шагов, как бейсбольная бита пролетела по полу и сильно ударила Хатчинса по правой лодыжке. Он упал, стукнулся животом, проехал еще восемь футов по линолеуму и столкнулся с тем, кто напал на него, — тот прятался под прилавком с носками и нижним бельем. Человек в красном футбольном шлеме поднялся и бросился на Джоша, размахивая второй бейсбольной битой.
Джош поджал колени к груди и резко выпрямил их, двинув маньяка в живот обеими ногами, отчего тот подлетел в воздух почти на четыре фута. Он упал на копчик, и Джош поспешил пнуть его ногой в пах, будто забивая гол с пятидесяти ярдов. Когда человек скорчился стонущим клубком, Джош дотянулся левой рукой до биты и ухватился за нее. Он не мог размахивать ею, но зато теперь у него, по крайней мере, было оружие. Он повернулся, чтобы опять побежать вдоль прохода, — и столкнулся с тощим хлыщом с топором. Другой негодяй, с разрисованным синей краской лицом, волок за собой кувалду.
«Здесь не пройти!» — подумал Джош и метнулся по боковому проходу, намереваясь проскочить к отделу домашних животных с другого угла. Его занесло, он врезался в женский манекен, и голова с каштановыми волосами покатилась на пол.
— Четыре минуты, дружище Джош! — объявил голос лорда Альвина.
Из-за стоек с одеждой наперерез Хатчинсу выскочила фигура с поднятым ножом мясника. Нельзя останавливаться, знал Джош. Вместо этого он рванулся вперед, кинулся под ноги человеку с резаком и повалил его в тряпичные дебри. Мужчина ударил ножом — промахнулся, ударил снова — и лезвие застряло в материи. Джош оседлал его грудь и опустил рукоятку биты ему на череп — раз, другой, третий. Тело под ним затряслось, как будто угодило пальцами в электрическую розетку.
