Открылась дверь хижины: Джош услышал крик Сван и теперь увидел, как рвут на части фургон их странствующего шоу. Его охватила паника. Это было все, что у них оставалось в этом мире! Вот побежал человек с охапкой свитеров и носков в руках, и Джош кинулся за ним, но поскользнулся в грязи. Грабители рассыпались во все стороны, уволакивая остатки парусины, всю еду, оружие, одеяла. Женщина с оранжевым шрамом через большую часть лица и шею попыталась стащить куртку со Сван, но девушка согнулась, и женщина с криком разочарования ударила ее. Когда Джош поднялся, нападавшая уже убежала в один из переулков.
К этому времени все грабители скрылись, а с ними и содержимое повозки, включая бо́льшую часть самого фургона.
— Черт побери! — неистовствовал Джош.
Ничего не осталось, кроме каркаса повозки и Мула, который еще продолжал храпеть и брыкаться.
«Мы прямо как выброшенные на берег, — подумал Джош. — Нечего есть, не осталось даже паршивого носка!»
— Ты как? — спросил он у Сван, подходя, чтобы помочь ей встать.
Стоящий около нее Аарон потянулся было, чтобы потрогать ее голову, похожую на тыкву, но в последнюю минуту отдернул руку.
— Нормально. — Плечо у нее слегка побаливало в том месте, куда ее ударили. — Думаю, все в порядке.
Джош заботливо помог Сван подняться.
— Они взяли все, что у нас было!
Это его беспокоило. В грязи лежали скудные остатки их имущества: помятая жестяная кружка, разодранная шаль, изношенный ботинок, который Расти все собирался починить, да так и не собрался.
— Если вы оставите здесь вещи просто так, то их обязательно украдут! — сказал Аарон умудренным тоном. — Это любой дурак знает!
— Ну, — вздохнула Сван, — может быть, им эти вещи нужнее, чем нам.
Джош хотел было скептически засмеяться, но сдержался. Она была права. У них-то имелись, по крайней мере, теплые куртки и перчатки, шерстяные носки и прочные ботинки, а наготу некоторых расхитителей прикрывали лишь лоскутки — и это было единственное сходство с садом Эдема.
Сван подошла к Мулу и успокоила старого коня, тихонько почесав ему нос. Однако, даже стоя спокойно, он продолжал тревожно и угрожающе фыркать.
— Заходи-ка внутрь, — сказал ей Джош. — Снова поднимается ветер.
Она направилась к нему и остановилась, когда Плакса наткнулась в грязи на что-то твердое. Сван осторожно наклонилась, пошарила по земле и подобрала темное овальное зеркало, которое кто-то уронил.
«Магическое зеркало», — подумала она, выпрямляясь.
Много времени прошло с тех пор, как она в него вглядывалась. Но теперь она обтерла его о джинсы и подняла перед собой, держа за ручку, на которой были вырезаны две маски, смотревшие в разные стороны.
— Что это такое? — спросил Аарон. — Ты видишь себя в нем?
Сван едва различала смутные очертания головы и подумала, что и в самом деле похожа на раздутую старую тыкву. Она опустила руку — и в зеркале как будто что-то сверкнуло. Девушка подняла его снова и повернула так, чтобы зеркало смотрело в другом направлении: она охотилась за вспышкой света и не могла ее найти. Тогда она подвинулась примерно на фут вправо, повернулась и затаила дыхание.
Всего в десяти футах от нее виднелась фигура, державшая светящийся круг, — теперь уже близко, совсем близко. Сван все еще не могла подробно разглядеть черты. Однако она смутно чувствовала — в этом лице что-то было не так. Оно было искажено и обезображено, но не так, как ее собственное. Сван подумала, что это, должно быть, женщина — просто по тому, как та держалась. Так близко, так близко — и все равно Сван знала, что если она повернется, то там ничего не окажется, кроме лачуг и переулков.
— Куда направлено зеркало? — спросила она Джоша.
— На север, — ответил он. — Мы приехали с юга. Оттуда. — Он показал в обратном направлении. — А что?
Он никогда не мог понять, что она видела, когда смотрела в эту штуку. Когда бы он ее ни спросил, она пожимала плечами и откладывала зеркало в сторону. Но оно всегда напоминало Джошу о строках из Библии, которые любила читать его мать: «Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно; тогда же лицом к лицу».
Раньше фигура со светящимся кругом света никогда не оказывалась так близко. Иногда она стояла так далеко, что свет лишь мерцал в зеркале. Сван не знала, чья это фигура или что это за кольцо света, но чувствовала, что это кто-то и что-то очень важное. А теперь женщина была совсем близко, и Сван подумала, что она, должно быть, где-то к северу от Мериз-Реста.
Она уже собиралась рассказать об этом Джошу, когда за левым плечом у нее возникло лицо прокаженного, похожее на пергамент. Чудовищная физиономия заполнила все зеркало, рот-трещина с серыми губами приоткрылся в усмешке, во лбу возник алый глаз с угольно-черным зрачком. На щеке, как прорезь, открылся второй рот, полный острых зубов, и они потянулись вперед, словно хотели укусить Сван сзади за шею.
Девушка повернулась так быстро, что вес головы едва не опрокинул ее. Дорога позади была пустынна.
