Картина становилась ярче, четче, и вдруг у него в руках оказалось тело маленькой девочки. Она была мертва, лицо разбито и искажено, а рядом из радиатора перевернутой машины с шипением вырывался пар. Окровавленный бетон в нескольких футах от него был усеян осколками стекла, в них поблескивали маленькие искорки. «Дайте ее мне, леди. Мы позаботимся о ней», — сказал молодой человек в желтом плаще, протягивая руки к ребенку.
«Нет, — невнятно ответила Сестра, глубоко изнутри ужасного мгновения. — Я не… не разрешаю вам… взять ее».
Он покинул память женщины, подавив желание протянуть руку и свернуть ей шею. Либо она была сильнее, чем он думал, либо он оказался слабее, чем предполагал… Он вдруг почувствовал, что проклятая маленькая ведьма тоже смотрит на него! Что-то в ней — или само ее присутствие — уменьшало его силу! Да! Ее неистовая злоба делала его слабым! Один удар, один быстрый удар по голове — и все было бы кончено! Он сжал кулак и только потом осмелился посмотреть ей в лицо.
— Чего уставилась?
Сван не ответила. Его устрашающее лицо блестело, как влажный пластик. Затем она сказала — по возможности спокойно:
— Почему вы так боитесь меня?
— Я не боюсь! — взревел он, и с его губ посыпались дохлые мухи.
Он побагровел. Один карий глаз стал черным как смоль, и кости под кожей лица сдвинулись, словно гнилые основания дома из папье-маше. От углов рта разбежались морщины, и он мгновенно постарел лет на двадцать. Его красная дряблая шея задрожала, когда он перевел взгляд от Сван на Сестру.
— Кронингер! — сказал он. — Приведи-ка сюда брата Тимоти.
Роланд без колебаний покинул трейлер.
— Я буду расстреливать по одному человеку в минуту, пока ты не расколешься. — Друг наклонился к Сестре. — С кого начнем? С этого здоровенного негра? А как насчет мальчика? Может, мы просто будем выбирать? Тянуть соломинки или имена из шляпы? Мне на это наплевать. Где ты прячешь кольцо?
И опять ему удалось увидеть только крутящийся голубой свет и место аварии. Кирка, подумал он. Кирка. Он посмотрел на грязные одежду и руки женщины. И понял.
— Ты закопала его?
На лице Сестры не отразилось никаких эмоций. Ее глаза оставались плотно закрытыми.
— Ты… зарыла… его, — прошептал человек с алым глазом, ухмыляясь.
— Чего вы хотите от меня? — спросила Сван, пытаясь отвлечь его внимание. Она посмотрела на полковника Маклина. — Я слушаю, — подсказала она.
— Это ты заставила кукурузу расти? Правильно?
— Земля сделала кукурузу растущей.
— Нет, это она сделала! — возразил Друг, сразу отвернувшись от Сестры. — Она посеяла семена и заставила расти! Никому еще это не удавалось! Земля мертва, и она — единственная, кто может возродить почву к жизни! Если вы возьмете ее с собой, у «Армии совершенных воинов» будет любой провиант! Она может сделать так, что из одного колоска вырастет целое поле!
Маклин смотрел на Сван. Он думал, что никогда не видел такой красивой девушки, — к тому же ее лицо выражало удивительную силу духа.
— Это правда? — спросил он.
— Да, — ответила Сван. — Но я не буду готовить для вас пищу. Не буду выращивать урожай для армии. Вам не заставить меня.
— Можно заставить! — зашипел Друг у плеча Маклина. — У нее тут есть друзья! Здоровенный негр и парень! Я видел их совсем недавно! Прихвати их с собой, когда мы двинемся дальше, и она будет выращивать не один урожай, чтобы спасти их шкуры!
— Джош и Робин лучше умрут.
— Ты предпочитаешь, чтобы они погибли? — Он покачал головой, и один его глаз стал бирюзовым. — Нет, не думаю.
Сван знала, что он прав. Она не сможет отказать им в помощи, если ставкой будут жизни Джоша и Робина.
— Куда вы направляетесь? — спросила она равнодушно.
— Вот он! — сказал Друг. — Вот наш брат Тимоти! Он тебе объяснит!
Роланд и брат Тимоти как раз входили в трейлер. Роланд крепко держал мужчину за худую руку, брат Тимоти шел, шаркая ногами, словно в трансе.
Сван повернулась к ним и вздрогнула. Глаза вновь прибывшего казались мертвыми точками на багрянце. Рот был приоткрыт, губы — серые и вялые.
Друг хлопнул в ладоши.
— Поведай нам истину! Скажи маленькой дряни, куда мы идем, брат Тимоти!
Мужчина издал нечленораздельный стон, содрогнулся и вымолвил:
— К горе Уорик. Искать бога.
— Очень хорошо! Поведай нам истину! Скажи нам, где гора Уорик!
— В Западной Виргинии. Я был там. Я жил с богом… семь дней… и семь ночей.
— Поведай нам истину! Что есть у бога на горе Уорик?
Брат Тимоти моргнул, и по его правой щеке побежала слеза.
— Кое-кто сейчас рассердится, брат Тимоти, — сладким голосом сказал Друг.
Мужчина завыл, его рот открылся шире, а голова задергалась.
— Черная коробка… и серебряный ключ! — выдавил он. — Молитесь в последний час! Бойтесь смерти от воды! Бойтесь смерти от воды!
— Очень хорошо. Теперь считай до десяти.
Брат Тимоти выставил обе руки в свет лампы и стал считать по пальцам:
— Один… два… три… четыре… пять… шесть… — Он остановился в замешательстве.
Сван уже увидела, что на его правой руке отрублены четыре пальца.
— Я не сказал: поведай нам истину, — напомнил Друг.
