- Господин правительственный секретарь просто неудачно выразился, - с легкой досадой задребезжал министр иностранных дел. - Конечно, комиссия не осматривала его величество лично, но ее уважаемые и весьма компетентные члены внимательно изучили сообщения о поступках его величества…
- Довольно! - отрубил начальник гвардии. - Осматривала или не осматривала комиссия Людвига Вительсбаха, какая к черту разница?
- Граф, - король повернулся к Карлу и посмотрел ему прямо в глаза. - Я, кажется, приказал вам арестовать этих людей!
- Граф, - безапелляционно произнес начальник гвардии. - Помните, что в первую очередь вы обязаны выполнять мои приказы, потому что адъютанты короля являются частью королевской гвардии, а значит, я - ваш непосредственный командир. Вы также обязаны беспрекословно выполнять декреты и распоряжения совета министров, который признал Людвига Вительсбаха недееспособным.
Красноватые лучи солнца упали на белоснежного фарфорового лебедя, стоявшего на столе.
Все смотрели на Карла.
- Час пробил. Каков же твой выбор, Карл? – неожиданно мягко, даже ласково произнес король. – Я или они?
Карл долго молчал. Наконец, он вынул из-за пояса серебряный свисток, дрожащей рукой поднес к кривящимся губам и свистнул. Свист получился неуверенным. Однако почти сразу же в отдалении послышался шум.
В королевский кабинет вошли четыре офицера королевской охраны. Они выжидающе смотрели на присутствующих. Напряжение нарастало.
- Так что же? – вновь спросил король. – Каков твой выбор, Карл?
И снова воцарилась мертвая тишина. И в ней раздался звонкий голос Карла:
- Господа офицеры! Именем короля приказываю вам арестовать этих людей!
Начальник гвардии выругался. На лицах остальных заговорщиков отразилось смятение.
- Мерзавец! Ты поплатишься за это! - выкрикнул начальник гвардии. - Ты поплатишься за это!
Заговорщики вдруг разом заговорили. Словно позабыв о короле, они надвигались на Карла, крича и размахивая руками, а тот, побледнев, отступил на два шага и снова быстро поднес к губам маленький серебряный свисток. В передней раздался топот ног, и в королевский кабинет вбежали еще несколько гвардейцев.
- Арестуйте этих людей! – крикнул им Карл.
- Я отменяю этот приказ! - воскликнул начальник гвардии. - Людвиг Вительсбах низложен, он больше не король, вам надлежит арестовать его!
Гвардейцы были в растерянности, не зная, кому подчиняться, но тут в дело вмешался король.
- Вы слышали приказ? - надменно спросил он. - Эти люди - заговорщики и государственные преступники! Я приказываю вам проводить их в Восточную башню. Они должны содержаться там под неусыпным наблюдением вплоть до моего особого распоряжения. Кроме того, начальник гвардии отстранен от занимаемой должности и разжалован. Его дальнейшую судьбу решит военный трибунал.Уведите же этих людей, уведите их немедленно, я больше не желаю видеть их омерзительные лица! - король сорвался на крик. - Слышите? Немедленно, сию же секунду уведите их! Всех!
Через несколько мгновений в кабинете короля остались только он и его фаворит.
***
- Убирайся, - холодно проговорил Отто. – Убирайся. Я знаю, что та ведьма не умерла. Я знаю, что ты и она – одно.
Лицо Фабиана оставалось бесстрастным. Он даже не смотрел на Отто, взгляд его был устремлен на вакханалию, творившуюся в соборе.
- Я вижу, тебе очень нравится происходящее, - с сарказмом произнес Отто. – Ты ведь этого и хотел, не так ли Фабиан?
Фабиан молчал.
- Я ведь мог бы уничтожить тебя еще в Лебенберге, - продолжал принц, - я ведь о многом догадывался, я многое замечал.
- Почему же ты меня не уничтожил? – теперь уже в голосе Фабиана звучал сарказм.
Принц ничего не ответил, но в глазах его мелькнуло нечто звериное.
Фабиан взял принца за руку словно ребенка. Тот попытался выдернуть руку, но Фабиан был сильнее.
- Идем, - сказал он, - идем, я тебе кое-что покажу. Идем!
Он втолкнул его в узенькую дверь, за которой была винтовая лестница. Принц снова начал было упираться, но, взглянув на Фабиана, послушно двинулся вверх по лестнице. Они поднялись на триста ступенек, так что к концу пути Отто задыхался, в глазах у него мелькали черные точки. А у Фабиана был такой вид, как будто этот подъем не стоил ему ровным счетом никаких усилий.
С площадки на колоннаде был виден весь город: воздух был полон гари, то тут, то там полыхали пожары, чернели пятна сгоревших домов, а над темным клубящимся дымом высоко-высоко сверкало яркое солнце.
Отто вцепился в деревянные перила ограждения, так что пальцы его побелели.
- Ты все это устроил, - проговорил он медленно. – Посмотри на этот ад, неужели ты хотел именно этого?
- Нет, милый друг, - улыбка Фабиана была и жестокой, и горькой, - нет, я этого не хотел. Я просто не думал об этом. Только и всего. Как и ты не думал.
- Только и всего? Только и всего? – Отто глотнул воздух, полный гари и зашелся кашлем.
- Перестань строить из себя святошу. Хотя бы сейчас.
- Зачем ты привел меня сюда? Зачем? Я не хочу этого видеть. Город корчится в огне, а мне кажется, что это я сам корчусь…