Когда лошадь доставила Перри к воротам Хэтфилда, он заметил леди Элизабет, в подбитом мехом плаще, которая шла через парк в окружении собак.
– Миледи! – крикнул он, останавливаясь и спешиваясь.
Помахав рукой, Элизабет быстро направилась к нему. Собаки лаяли и вертелись в ногах.
– Добро пожаловать, мастер Перри! Вы виделись с милордом адмиралом? – прокричала она в ответ.
– Да, и он оказался более чем гостеприимен. Он говорит, что Сеймур-хаус неизменно пребывает в вашем распоряжении.
– Очень любезно с его стороны! – захлопала в ладоши Элизабет. Щеки ее порозовели, и не только от холода или быстрой ходьбы. – Я напишу ему благодарственное письмо.
– Его светлость говорил не только о проживании, – сказал Перри.
Элизабет, затаив дыхание, вперила в него взгляд:
– О чем же еще?
– Он спрашивал о ваших владениях и расходах – я все объясню позже. Но он признался, что думает о времени, когда два ваших хозяйства объединятся в одно. Вы понимаете, сударыня, что он имел в виду?
– Мне известно, что адмирал хочет на мне жениться, – ответила Элизабет, зная, что Перри, всегда отличавшемуся преданностью, можно доверять.
– Воистину, миледи, лучшего предложения вам не найти, – заверил ее валлиец. – Он исключительно добрый и заботливый джентльмен, и ему не чужды ваши интересы. По моему скромному мнению, для вас это был бы прекрасный брак, если, конечно, согласится совет.
Элизабет слегка переменилась в лице.
– Именно – если совет согласится, – холодно вторила она. – А когда это произойдет, я поступлю так, как подскажет мне Бог.
Повернувшись, Элизабет отошла в сторону, растирая озябшие руки. Она знала, что решимость ее пошатнулась, и не могла понять саму себя. Разве она не любила адмирала? Она купалась в лучах его обожания, и ей нравилось с ним заигрывать. И его предложение польстило ей ровно столько, сколько встревожило. Но когда дело дошло до принятия решения, Элизабет поняла, что не может этого сделать. Ее бросало то в жар, то в холод. Возможно, катастрофические последствия их однократной связи повлияли на нее куда сильнее, чем полагала она сама. А может, она просто знала в глубине души, что этому браку никогда не позволят состояться и даже думать о нем было опасно?
Еще недавно ей не терпелось услышать ответ адмирала на ее просьбу. Но как только Перри указал ей на преимущества их брака, ее радость улетучилась, сменившись страхом – да, именно страхом. И еще – легким раздражением, поскольку она начала подозревать, что адмирал подговорил Перри, чтобы тот убедил ее принять его предложение.
Перри продолжал стоять там, где она его оставила, и кутался в плащ. Элизабет снова направилась к нему.
– Кто посоветовал вам внушить мне принять предложение адмирала? – властно осведомилась она.
– Что вы! Никто, миледи, – отозвался Перри. – У меня просто сложилось впечатление, что милорд мог бы стать вам хорошим мужем. И у него действительно серьезные намерения. Он даже предложил, чтобы вы обменяли полученные в наследство земли на другие, неподалеку от его владений в западных графствах.
– Вот как? – разгневалась Элизабет. – На что он намекает? Он просит моей руки лишь затем, чтобы наложить свои на мою собственность?
– Вряд ли, миледи, – возразил Перри. – Уверен, для него вы превыше всего.
– Что он еще говорил? – подозрительно спросила Элизабет.
– Он предложил вам обратиться к жене регента, чтобы та помогла вам обменять земли и вернуть Дарэм-хаус, – неохотно проговорил Перри.
– Я ни за что не стану обращаться к этой несносной женщине! – возмутилась Элизабет. – Когда увидитесь с адмиралом в следующий раз, можете передать, что я не желаю иметь с ней ничего общего. А теперь вам, пожалуй, следует пойти и рассказать миссис Эстли все, о чем стало известно после вашей встречи с адмиралом, ибо я не желаю знать ничего такого, о чем не знала бы она. У меня не будет спокойно на душе, пока вы ее не просветите.
