Никто не сможет обвинить ее в тайном сговоре с адмиралом через ее казначея, подумала она, глядя, как Перри с побитым видом вновь садится в седло и уезжает.
Вернувшись в дом, Элизабет обнаружила Уильяма Сесила, который ожидал ее с несколькими документами на подпись.
– Миледи, я не смог пренебречь возможностью доставить их лично, – поклонился он. – Мне давно хотелось с вами увидеться.
Элизабет нравился этот светловолосый джентльмен с раздвоенной бородкой, острым проницательным взглядом и большим горбатым носом, всем своим видом излучавший прямоту и силу. Инстинкт подсказывал: этому можно доверять – что и подтвердилось позднее, когда незадолго до его отъезда она решилась затронуть тему адмирала.
– Мне нужен ваш совет, мастер Сесил, – молвила она, когда они шли по длинной галерее, любуясь портретами. Тот молча ждал продолжения. – Помните, мы в нашей переписке упоминали адмирала? Недавно он предложил мне содействие в обмене моих наследственных владений на другие. – Она не стала уточнять, что те, другие, находились неподалеку от Садли. – И еще он предлагал помочь мастеру Перри экономнее вести мое хозяйство.
Сесил, слышавший об адмирале много дурного, в том числе непристойные сплетни, связывавшие имя этого негодяя с Элизабет, тотчас почувствовал недоброе. Регент считал эти россказни досужими слухами, но Сесил подозревал, что Элизабет и вправду каким-то образом опорочили, а потому решил встать на ее защиту. Если, не дай Бог, что-то случится с королем Эдуардом, надеждой протестантов оставалась Элизабет, и Сесил был готов положить за нее жизнь.
– Могу я дать вам совет, миледи? Не позволяйте адмиралу вмешиваться в ваши финансовые дела. Вряд ли это разумно, я не считаю его самым надежным из людей.
Элизабет помолчала.
– Почему вы так думаете? – спросила она.
– Я работаю на его брата, – улыбнулся Сесил. – Он знает его лучше других и до сих пор не доверил ему никакой политической должности, так же как и ваш глубокоуважаемый отец, король Генрих. Кто я такой, чтобы оспаривать мудрость столь выдающихся государственных деятелей?
– Однако кажется, что адмирал пребывает в центре всеобщего внимания, – осторожно заметила Элизабет.
– Ему нравится так считать, – ответил Сесил, – но все его величие сосредоточено в основном у него в голове. И вряд ли будет мудро, миледи, связываться с ним всерьез. Клянусь, я желаю вам только добра.
– Благодарю за совет. – Элизабет облегченно вздохнула и в то же время опечалилась.
