– Не доверяйте ей! – предупредил Ренар, сверкая глазами в мерцавшем пламени свечей.
Марии не понравилась горячность, с которой он это произнес.
– Она моя сестра, – медленно проговорила королева, – и до сих пор была полностью лояльна ко мне. Она упорствует лишь относительно религии.
– Именно в этом и заключается предательство! – взвился Ренар. – Этот смутьян, французский посол, подбивает на мятеж раскольников и еретиков, пытаясь вызвать недовольство моего императора и помешать браку вашего величества и принца Филиппа. Я уверен, что леди Элизабет с ним заодно. Я даже слышал разговоры, будто ненадолго пришла власть папистов, но со временем леди Элизабет все исправит.
– Не могу поверить, – сказала Мария, взволнованно вертя перстни на пальцах.
– Не стоит ее недооценивать, мадам, – предупредил посол. – Похоже, она цепляется за новую религию, желая привлечь на свою сторону еретиков и завоевать их поддержку.
Мария встала и подошла к зарешеченному окну. Большой, залитый лунным светом двор был пуст. Большинство обитателей дворца уже спали, но она знала, что вряд ли сумеет заснуть, мучимая столь досадными мыслями о сестре.
– У вас есть доказательства ее интриг? – спросила она.
– Пока нет, – признался Ренар. – Конечно, я могу и ошибаться в своих подозрениях, но лучше перебдеть, чем недобдеть. Она умна, коварна и умеет очаровывать. На мой взгляд, мадам, она настолько опасна, что ее стоило бы немедленно отправить в Тауэр или, по крайней мере, отослать подальше от двора, ибо само ее присутствие здесь – несомненная угроза вашему благополучию.
Мария воззрилась на него:
– Вы в самом деле полагаете, что она желает мне зла?
Ренар пожал плечами:
– Она тщеславна и вполне может замышлять зло. К тому же от ее имени вполне могут действовать другие.
– Должна признаться, меня тоже посещали такие мысли, – согласилась Мария. – Мне тяжело поверить, что она способна столь далеко зайти, но нет сомнения, что существуют лица, способные без колебаний и при первой возможности посадить ее на мое место. Но, не имея улик, я не могу отправить сестру в Тауэр. Нет, я не сделаю этого. – Она заходила по комнате. – Все можно устроить, если она согласится перейти в истинную веру. Это мое самое горячее желание. К тому же это необходимо, ибо она наследница престола.
– Пока у вас не родится сын, ваше величество, – вежливо напомнил Ренар.
Мария покраснела.
– Когда это произойдет, мне незачем будет опасаться сестры, – сказала она. – Но пока я должна делать все возможное, чтобы вернуть Элизабет в лоно истинной веры, разочаровав ее последователей-еретиков. Завтра я с ней встречусь. Она просила моей аудиенции, явно тревожась за свое будущее. Я же, с моей стороны, постараюсь в полной мере воспользоваться преимуществом.
