Эту фразу в ближайшие месяцы Элизабет пришлось слышать неоднократно, и она едва не срывалась на крик, стоило сэру Генри ее произнести. Пока же, однако, она еще не знала, на что он способен, как не знал этого и он о ней, и они ограничились легкой словесной перепалкой. То, что их отношения не будут легкими, стало ясно, как только баркас, который должен был доставить их в Ричмонд, к первой остановке на пути следования, отчалил от пристани Тауэра, где собрался гарнизон во главе с лейтенантом. Сэр Джон низко поклонился на прощание, заверив Элизабет в своей дружбе. К счастью, тирана-констебля нигде не было видно – вот же малодушный пустозвон!
Бедингфилд, намеревавшийся по возможности тайно доставить пленницу к месту ее нового назначения, ужаснулся при виде людских толп, заполонивших оба берега.
– Что они все тут делают? – спросил он, не веря глазам. – Кто сообщил им о вашем сегодняшнем отъезде?
– Откуда мне знать? – ответила Элизабет, благожелательно раскланиваясь и наслаждаясь радостными возгласами махавших ей зрителей.
– Кто-то, похоже, проболтался, – заволновался сэр Генри. – Задерните занавески!
– Не могу, мне нужен воздух! – возразила Элизабет. – У меня голова кружится!
– Сегодня довольно жарко, – услужливо добавила Кэт; в самом деле, стояла необычная для апреля жара.
Сэр Генри умел признавать поражение.
– Ладно, – сдался он, – но вы не должны выражать признательность народу.
Элизабет смиренно подчинилась и села, склонив голову и улыбаясь. Сэр Генри подозрительно на нее взглянул.
– Вам следует скромно потупить взор, – сказал он.
– Это тоже приказ королевы? – вызывающе спросила она.
Он не нашелся что ответить, взирая на самодовольную улыбку на ее лице.
Внезапно раздались оглушительные пушечные залпы.
– Господи, что это? – Бедингфилд вскочил столь поспешно, что баркас угрожающе накренился.
Элизабет рассмеялась.
– Это со Стального двора, – сказала она. – Похоже, немецкие купцы устроили салют в мою честь.
Сэр Генри пришел в неописуемую ярость:
– Боже милостивый, как они посмели? Проклятые протестанты! Это не торжественная поездка, сударыня, – не забывайте, что вы все еще узница.
– Сомневаюсь, что вы позволите мне об этом забыть, – язвительно ответила Элизабет.
– Вне всякого сомнения, им это так просто не сойдет с рук! – раздраженно бросил он. – Королева разгневается.
Приподнятое настроение Элизабет мгновенно улетучилось. Она отчетливо поняла, что может случиться: Мария, уверенная после подобных демонстраций, что Элизабет представляет для ее трона еще большую опасность, чем она предполагала, может решить, что с нее хватит, и подписать смертный приговор…
– Задерни занавески, – вдруг приказала она Кэт.
