Леди и Бродяга полностью

– Будь решительнее, Антоша. – Бродяга смеется, капля крови с его рассеченной брови капает прямо на лоб Антона, пока тот скалится, пытаясь вырваться.

– Пошел к черту!

– Уверен? – Бродяга встряхивает противника, и тот вдруг перестает сопротивляться.

– Отпусти, серьезно! Это не смешно, – просит он немного жалобным тоном.

Драка прекращается. Оба друга Бродяги так и застывают, держа за грудки по одному противнику. Кудрявый, что стриг кусты, сплевывает кровь из разбитой губы прямо на дорогущий ковер, и из груди Веры вырывается стон.

– Проваливайте, сейчас же, вы трое! Или я правда вызову полицию, и мне плевать, что с вами будет, – говорит она ледяным, достойным руководителя тоном. – Вообще все проваливайте, я вызываю клининг! Вечеринка окончена.

– Парни, идите, я догоню! – велит Бродяга и не выпускает Антона из захвата. – Поговорим?

Тот трусливо кивает, Артем, как куклу, тянет его за собой, и они покидают гостиную.

– Лида, быстро выпроваживай всех. Не стой столбом! – шипит Вера на меня уже тише. – Скоро все закончится, потерпи полчаса, мне тоже страшно. Их уволят уже завтра, обещаю.

Вдруг тишину разрывает жуткий вой сирены, и начинается настоящий бедлам. Я вижу, что друзья Бродяги уже успели выйти из дома и теперь ловко перепрыгивают через кусты и забор. У выхода столпотворение – никто не хочет связываться с полицией. Антон появляется в гостиной, Бродяга следом за ним, но к выходу не бросается. Стоит столбом и наблюдает за копошением народа.

Он тебе никто. Ты не должна ему помогать.

С улицы доносятся команды от полицейских, они пытаются пробраться в помещение.

Он на тебя даже не посмотрел. Нужна ты ему! Бродяге самое место в обезьяннике. Он…

Я не рассуждаю дальше. Артем ловит мой взгляд, улыбается, будто ничего особенного не происходит, даже пожимает плечами, мол, все в порядке, обычная пятница. А я жму на выключатель света, и гостиная погружается во тьму. Крики становятся еще громче, Вера велит всем оставаться на местах, я же подбегаю к Бродяге, хватаю его за руку и тащу в сторону своей спальни.

– Ты что творишь? – шепчет он.

– Спасаю тебя. – Я толкаю дверь в комнату настолько бесшумно, насколько это вообще возможно. Веду Артема к гардеробной и заталкиваю его внутрь.

– Ты думаешь, это ни разу не подозрительно?

– Плевать.

Мы говорим очень тихо, но я все равно в ужасе. Я в своей спальне с парнем, который только что избивал друзей моей сестры. Мы стоим прижавшись друг к другу, Артем положил руки на мою талию, его пальцы будто обжигают кожу.

– Не важно. Потом спасибо скажешь. Ты же мне помог на крыше.

– Это только лишние проблемы… – Он улыбается, мы едва не соприкасаемся носами. Его пальцы теперь, помимо талии, касаются ребер, почти под грудью.

– Ужасно выглядишь, кто тебя наряжал? – улыбается он, широко и нагло.

Лонгслив настолько тонкий, что я, кажется, могу прочувствовать рисунок его отпечатков пальцев.

– А твое какое дело?

– Ты мне нравишься такой, какая есть.

О боже, я краснею. Да так, что приходится отвернуться, отбиться от его цепких горячих рук.

– Никуда не уходи! С тебя объяснения, какого черта вы устроили, – бросаю я себе через плечо и запираю дверь.

Моя попытка все исправить смехотворна, но я не могла упустить свой шанс стать героиней приключения. Меня разоблачат, ведь в доме камеры. Вера разозлится, родители отправят под домашний арест, Бродягу уволят. Все очень-очень плохо.

Я несмело возвращаюсь в гостиную, где с Верой и Антоном уже ведут беседу полицейские.

– Ты где была? – шипит Вера.

– Щиток проверяла, свет же вырубился.

– Кто-то просто его выключил. – Она закатывает глаза и продолжает отвечать на вопросы.

Антон пристально меня изучает, будто что-то знает.

– Один еще где-то здесь. По крайней мере, никто не видел, как он убегал, – вздыхает Вера.

– Камеры?

– Конечно, у нас есть камеры, но мы и так знаем… – «Кто это был», – договариваю я про себя. Сейчас Вера все расскажет. Имеет право.

– Мы знаем, что сегодня их отдали на обслуживание, – вдруг говорит Антон, практически не отрывая от меня взгляда. А потом я вижу, как его рука впивается в плечо Веры. – Мы не знаем, кто это был. Просто трое в черных толстовках ворвались и устроили драку. Видимо, хотели ограбить дом. Но мы оказались сильнее. – Он самодовольно улыбается. А десять минут назад трепыхался, прижатый к полу.

Все гости ушли, мы одни в доме, и я вижу масштаб трагедии. Полный бардак, ковры испачканы, сломана пальма в горшке.

– Ты вызвала клининг? – холодно интересуется Антон у Веры, пока полицейский заполняет какие-то бумаги и осматривается.

– Н-нет, но…

– Вызови. Пока родители не вернулись.

– Заявление… – начинает было Вера.

– А разве что-то случилось? – Антон смотрит ей в глаза, Вера в недоумении смотрит на него.

И мне кажется, я знаю, кто победит. Но ничего не понимаю.