— Нет уж, сиди, — поднялся Рэксволд. — Это из-за меня произошло. Когда просят, надо держать язык за зубами. Пошли. Пусть я не особо вижу впотьмах, зато можешь не переживать за свою спину.
Неожиданно под сводом пещеры закружился огонь — рядом со странниками грохнулся здоровенный пень, расплескавший вокруг снежную шапку. Вслед за ним появился и мефит.
— Скарги! — обрадовалась Лайла. — Как же ты меня напугал… — она сразу же взяла утвердительно уркнувшее создание на руки.
Эрминия оценивающе поцокала языком:
— А малой-то хорош… Пенёк на всю сотенку тянет.
— Не корневика хоть притащил? — подозрительно таращился на древесину ассасин. — Да нет. Вроде не шевелится. Ну что сказать? Молодец, чертяка. Полезный. Кстати, может он и рубить умеет? А, Лайла?
—…
— Ух, как ты грозно смотреть умеешь. Аж в дрожь бросает, — не без доли ехидства произнёс Рэксволд. — Так и быть. Сам топором помашу.
Вот и пригодился трофейный топор: пробухтел полную отрывистых куплетов песню и замолк у стопки дров. В пещере воцарилась тишина, сдобренная треском смолянистых поленьев. Как мефит смог так быстро найти срубленное кем-то дерево и каким образом телепортировал пень вместе с корнями — загадка века. Зато теперь подросший костёр отогнал стужу, уже точившую ледяные когти у порога.
Расположившись у огня, странники наслаждались теплом. Вампирша ластилась в объятиях Джона, задумчиво гладившего её по волосам. Вторая же пара сидела врозь. Рэксволд с Эрминией напоминали чуждых друг другу людей, сведённых вместе под знаменем священного долга. Изредка они обменивались строгими взглядами, но сдавать позиции никто не собирался — из принципиальности обеих сторон можно было отлить якорную цепь.
Свернувшийся клубочком мефит спал в ногах у Лайлы. Он уже успел познакомиться с Бамбуком, который, широко раздувая ноздри, обнюхал того с ног до головы и прибил к полу внезапным чихом. Пожалуй, шлёпнувшийся на задницу Скарги, что бросился плеваться и утирать мордочку, стал неплохим завершением странного вечера. Самое время тоже укладываться спать. Всем, кроме Эрминии. Сегодня она вызвалась нести дозор, и, по понятным причинам, спорить с ней никто не захотел. Быть может, хоть эта ночь обойдётся без злоключений?
Окутанная мраком лесная опушка. Темневшая в снегу свежая яма. Когда её занесёт, она легко одарит бегущего оленя переломом ноги, а неосторожного путника — болезненным растяжением. Но сегодня угрюмый бор таил в себе опасности куда более коварные, чем углубление от исчезнувшего пня.
Грациозно обойдя яму, Хризальтера остановилась на краю опушки. За ней белела низина с одиноким утёсом. Ещё дальше пестрел усеянный валунами склон горы. Но внимание демонессы привлёк именно утёс: не заметить оленью упряжку было невозможно.
— Так вот куда ты так спешил, маленький негодник, — хищная улыбка обнажила кончики четырёх клыков. — Что ж. После того, как я перекушу тобой, мне будет с кем поиграть. Уж очень давно я не заплетала косички из кишок. М-м-м. Самая весёлая игра. И чем больше участников, тем интереснее. Особенно когда они пытаются расползтись. Ползёт один — страдают все. Идеально…
Лицо девушки приняло мечтательное выражение, а по сосне неторопливо прошуршали когти, оставив на коре четыре глубоких борозды, под деревом же — крапчатый снег:
— Коль демон хочет поиграть, то сих утех не миновать. Всяк волен прятаться, кричать. Страданий вам не избежать…
Где-то позади, в глубине леса, раздалось низкое кроканье — Хризальтера злобно поморщилась. Неужели колдун выследил её? Как не вовремя. До ключа рукой подать. Да и наступающий на пятки враг не даст насладиться кровавым весельем. Убить бы его, однако, чёрный маг на порядок сильнее старого пироманта. Такого стоит поостеречься, и уж тем более не раскрывать ему истинных мотивов пребывания на севере. Пусть думает, что это попытка замести следы. За ключом можно вернуться и позже.
Хризальтера упала в объятия теней и оказалась под палящим солнцем среди песчаных барханов. От перепада температур дыхание ещё холодило губы белым паром, но и здесь расслабиться не удалось. Мгновение спустя перед ней из чёрных клубов тумана возник Леонардо. Он стоял со сцепленными за спиной руками и олицетворял само спокойствие. Не шевелился даже сидевший на его плече ворон.
— От тебя не укрыться ни за ледяными фьордами, ни в знойной пустыне, — демонесса глядела в жёлтые глаза некроманта. Затем приблизилась и смахнула снежинки с расшитой серебром чёрной рубашки. — Соскучился?
— Избавь меня от напрасной траты времени. Отныне я без малейших усилий почувствую оттиски теневой магии. Где бы ты ни находилась.
— Какой сообразительный… — хвост Хризальтеры соблазнительно проскользил у колдуна между ног. — А поиграть? — положив ладони на твёрдую грудь, напрочь лишённую стука сердца, она обняла Леонардо крыльями и улыбнулась. — Ты водишь… — приготовилась раствориться в тенях демонесса.
— Не угадала, — равнодушно произнёс Леонардо.
