– Звучит не слишком весело, правда, Эмма? Или все-таки весело?
Эрика сделала попытку наладить контакт с племянницей. Но девочка только мотала головой и продолжала глядеть исподлобья, вцепившись в маму.
– Думаю, вам надо выспаться, и это пройдет, правда, Эмма? Вы ведь, наверное, не спали всю дорогу и страшно устали…
Эмма кивнула и, как бы в подтверждение, принялась тереть глаз здоровой рукой.
– Мы можем расположиться наверху? – спросила Анна.
– Конечно. Положи их в родительской спальне. Я теперь сплю там, так что кровати застелены и все готово.
Анна взяла у Эрики Адриана, который запротестовал, не желая расставаться с такой веселой тетей.
– Одеяло, мама, – напомнила Эмма уже на лестнице, и Анна снова спустилась в прихожую, чтобы захватить сумку.
– Помочь?
Анна балансировала с Адрианом в одной руке и сумкой в другой, а Эмма крутилась у нее под ногами, упорно не желая ни на минуту оставить мать.
– Всё в порядке, я привыкла.
Она криво улыбнулась, и эта улыбка насторожила Эрику еще больше.
Пока сестра наверху занималась детьми, Эрика снова поставила кофе, спрашивая себя, сколько чашек уже выпито с утра. Желудок скоро возмутится. Разливая кофе через фильтр, Эрика так и застыла с чашкой в руке. Черт… Там, наверху, по всей спальне разбросаны вещи Патрика…
Анна спустилась по лестнице с ехидной улыбкой на лице.
– О-о-о, сестра… Что-то ты недоговариваешь. Кто этот мужчина, которому так трудно было повесить одежду в шкаф?
Эрика покраснела:
– Все произошло так быстро…
Она сама слышала, как по-детски это прозвучало, и Анна развеселилась еще больше. Усталые морщинки на лице разгладились, и на какое-то мгновение Эрика увидела прежнюю Анну, какой она была до встречи с Лукасом.
– Ну и кто же он? Прекрати мямлить и дай младшей сестре исчерпывающий ответ. Начни, к примеру, с того, как его зовут. Я его знаю?
– Наверное. Помнишь Патрика Хедстрёма?
Анна взвизгнула и хлопнула себя по коленкам.
– Патрик!.. Ну конечно, я его помню. Он бегал за тобой, как собачонка с высунутым языком… То есть наконец у него появился шанс…
– Думаю, много лет тому назад он действительно был влюблен в меня, но как обстоят дела на сегодняшний день, я не знаю.
– Боже, ты, наверное, ослепла! Он же втрескался в тебя по уши… Но какая романтика! Все эти годы он ходил за тобой по пятам, пока ты наконец не посмотрела в его глаза и не разглядела там великую любовь.
Анна картинно схватилась за сердце, и Эрика тоже не смогла удержаться от смеха. Да, это была та самая сестра, которую она так любила.
– Ну, на самом деле все было не совсем так. За эти годы Патрик успел жениться, но жена бросила его несколько лет тому назад, и теперь он разведен и живет в Танумсхеде.
– И чем занимается? Только не говори мне, что он мастер по дереву, а то я лопну от зависти. Всю жизнь мечтала о мастерском сексе.
Эрика показала сестре язык, та ответила тем же.
– Нет, он не мастер по дереву. Он полицейский, чтоб ты знала.
– То есть полицейский… Мужчина с дубинкой, другими словами. Да, это тоже совсем неплохо…
Эрика успела забыть, какой задиристой бывает ее сестра, и только покачала головой, разливая по чашкам кофе. Анна, как у себя дома, направилась к холодильнику, достала молоко и подлила в чашку себе и Эрике. Озорная улыбка сошла с ее лица, и Эрика поняла, что они подошли к главному, а именно к причине внезапного появления Анны во Фьельбаке.
– Да, история моей любви подошла к концу, – начала Анна, – теперь уж точно. Возможно, это случилось уже много лет тому назад, но до меня дошло только сейчас.
Она замолчала и печально посмотрела в свою чашку.
– Я знаю, что тебе никогда не нравился Лукас, но я-то любила его. И мне удавалось оправдывать то, что он меня бил. Он ведь просил прощения и уверял, что любит меня, – по крайней мере, поначалу. И я убеждала себя, что причина во мне. Что если б я была лучшей женой, любовницей, матерью, у него не возникало бы необходимости так вести себя со мной… Понимаю, как это звучит, но я действительно мастер убеждать себя. И потом, он был прекрасным отцом для Эммы и Адриана, а это в моих глазах оправдывало многое. Как я могла лишить их отца?
– Но что-то ведь произошло?
Эрика помогала Анне не сбиваться с курса. Она видела, как тяжело дается сестре рассказ. Задета ее гордость, а Анна всегда была необыкновенно самолюбивой и очень неохотно признавала свои ошибки.
– Да, произошло. Вчера вечером он распустил руки, как обычно. В последнее время он бил меня все чаще, но вчера…
Голос Анны сорвался. Она сглотнула несколько раз, чтобы подавить рыдания.
– Вчера он поднял руку на Эмму. Пришел в такую ярость, когда бил меня, что не смог остановиться… – Анна снова сглотнула. – Мы ездили в больницу, у Анны в кости обнаружена трещина.
– Надеюсь, ты заявила в полицию?
Эрика чувствовала, как в желудке у нее затвердевает комок гнева, который становится все больше.
– Нет. – Это слово сорвалось с ее губ почти беззвучно, и по бледным щекам Анны потекли слезы. – Мы сказали, что она оступилась на лестнице.
– Но боже мой, неужели они в это поверили?
Анна криво улыбнулась:
