– Да, тарелка, вилка и нож с остатками тушеной рыбы. Два бокала в мойке, которые не успели ополоснуть. На одном – множество отпечатков пальцев, и все принадлежат Александре. На другом – ни единого.
Хедстрём остановился и сел в кресло напротив Эрики, вытянув длинные ноги перед собой и сложив на животе руки.
– То есть кто-то протер второй бокал?
Эрика чувствовала себя настоящим Шерлоком Холмсом, и у Патрика хватало такта не разочаровывать ее в этом.
– Да, очень похоже на то. Поскольку бокалы ополоснули, следов лекарственных препаратов в них не обнаружено. Но что-то подсказывает мне, что Эрика приняла снотворное именно с сидром.
– Но почему она ела рыбу, имея в запасе две порции говяжьего филе?
– И я спрашиваю себя о том же, – Патрик кивнул. – Зачем женщине понадобилось разогревать полуфабрикат в микроволновке, когда в холодильнике пропадал без дела такой королевский ужин?
– Она планировала праздничный ужин на двоих, – догадалась Эрика. – Но тот, кого она ждала, так и не появился.
– Вот и я тоже так думаю, – подхватил Патрик. – Александра ждала его, пока наконец не сдалась и не поставила заморозку в микроволновку. Здесь я ее понимаю. Не очень-то радостно есть говяжье филе в одиночку. Поскольку Андерс заходил к ней, есть все основания полагать, что ждала она не его, а кого-то другого, – продолжил рассуждения Патрик. – Как насчет отца ребенка?
– Да, это первое, что напрашивается. Боже мой, как все трагично… Алекс приготовила такой обед, охладила бутылку вина, быть может, в честь будущего ребенка, а тот, кого она ждала, так и не пришел. И вот она сидела здесь так и ждала его, пока наконец… Теперь вопрос в том, кто явился вместо него.
– Насчет него мы тоже ничего не знаем, – возразил Патрик. – Это мог быть и он, только пришел позднее.
– Все так, но тогда все еще печальнее. Если б только эти стены могли говорить… – Эрика многозначительно оглядела стены.
В этой красивой комнате все отдавало новизной и свежестью. Стоило вдохнуть поглубже, и в воздухе еще чувствовался запах краски. Стены были выкрашены в любимые цвета Эрики, голубой с оттенком серого. И это, в ненавязчивом контрасте с белыми окнами и мебелью, создавало спокойную атмосферу, так, что больше всего хотелось откинуться на спинку дивана и прикрыть глаза.
Такой диван Эрика видела в магазине «Дом» в Стокгольме, но со своим заработком могла разве что мечтать о нем. Он был огромный и роскошный и весь изгибался, будто волнами. Современная мебель в комнате удачно соседствовала с антикварной. Алекс, конечно, получила хороший опыт в области мебельного антиквариата, когда реставрировала дом Хенрика в Гётеборге. В подавляющем большинстве старинная мебель была в густавианском стиле [9]. Эрика безошибочно узнавала его благодаря магазину ИКЕА. Она давно собиралась купить пару предметов из их антикварной коллекции, именно густавианских.
Оставалось только глубоко вздохнуть, чтобы не умереть от зависти. Эрика совсем забыла, зачем приехала в этот дом.
– Итак, ты полагаешь, что сюда пришел некто, любовник или тот, кого она хорошо знала, выпил бокал вина и подсыпал снотворного в сидр Алекс? – подытожила Эрика.
– Да, это наиболее вероятный сценарий.
– И что, по-твоему, было потом? Каким образом она оказалась в ванне?
Эрика развалилась на диване и осмелела до того, что подняла ноги на журнальный столик. Собственно, проблема была решаема. Ей всего лишь нужно было скопить денег на такой диван. Эрике вдруг пришло в голову, что после продажи дома она могла бы позволить себе любую мебель, какую только захочет. Но она спешно отогнала эту мысль прочь.
– Думаю, что убийца дождался, пока Алекс уснет, раздел ее и отволок в ванную.
– Почему ты думаешь, что он волок ее, а не нес?
– В протоколе вскрытия говорится о царапинах на пятках и синяках под мышками… – Патрик выпрямился в кресле и кивнул Эрике: – Могу я попросить тебя об одной вещи?
Эрика скептически поджала губы.
– Все зависит от вещи.
– Можешь изобразить жертву убийства?
– Спасибо за доверие. Думаешь, моего актерского таланта на это хватит?
Эрика рассмеялась, но вскочила с дивана, давая тем самым понять, что предоставляет себя в распоряжение Патрика.
– Нет, нет, сядь обратно. Скорее всего, они сидели здесь, и Александра заснула именно на этом диване. Поэтому, будь любезна, изобрази бесчувственное тело.
Эрика поворчала, но послушно упала на диван. Когда подошел Патрик, приоткрыла один глаз.
– Надеюсь, ты не намерен раздевать меня донага?
– Нет-нет… ничего такого… у меня и в мыслях не было ничего подобного… – быстро заговорил он и покраснел.
– Успокойся, я пошутила, – она рассмеялась. – Ну, давай, убивай.
