Тем не менее ошибочно было бы представлять РСДРП(б) эдаким сплоченным монолитом. Например, Лев Каменев и его единомышленники не оставляли попыток противостоять резолюциям Ленина. Поэтому с ЦК по этому вопросу пришлось поработать, чтобы каменевская идея бойкота вооруженного восстания была отвергнута большинством. Однако оставалась опасность, что перегретые революционные массы допустят фальстарт и из-за этого не смогут выступить единовременно одним фронтом. Память об июльских событиях, когда вооруженных матросов буквально приходилось уговаривать не пытаться захватить власть немедленно, была еще свежа. Важнейшую задачу по работе с «казармой и заводом» ЦК поручил своему лучшему агитатору и организатору — Якову Свердлову.
Яков Михайлович немедленно вызвал к себе руководителей крупных заводских партийных ячеек, представителей районных большевистских организаций и отрядов красногвардейцев. Повестку совещания он взял из последнего письма Ленина. Вождь давал прямые инструкции: чтобы совершить революционный переворот, одной пропаганды недостаточно, но нужно превратить Красную гвардию в настоящую организованную и обученную военную силу, способную противостоять регулярным войскам. Роль организатора вооруженного восстания, примерявшаяся Свердловым еще десять лет назад во время заключения в пермской тюрьме, была принята им с задором и уверенностью — эта роль ему явно шла и нравилась.
Советские биографы Свердлова упоминали, что начал он мероприятия по усилению Красной гвардии на Путиловском заводе. Очевидно, в данном случае им тоже двигал прошлый удачный опыт — нелегальной работы на Сормовском и Верх-Исетском заводах, которые стали бесперебойными конвейерами по поставке боевиков. Свердлов буквально засыпал путиловцев вопросами. Как поставлена боевая подготовка на заводе? Сколько отрядов Красной гвардии? Как с вооружением, сколько в отрядах винтовок, научились ли рабочие-красногвардейцы использовать артиллерийские орудия, есть ли среди них настоящие артиллеристы?
Богданов и Шевцов не смогли ответить, мол, все силы уходят на агитацию.
— Недалекий у вас прицел, товарищи, — заметил Свердлов. — Давно уже прошло время одной агитации и разговоров. Нужны действия, нужна тщательная подготовка восстания. А вы как будто в стороне от этого дела. Путиловскому заводу вдвойне не пристало отставать. Завод огромный и притом пушечный. Этого нельзя забывать. Нужно точно подсчитать свои силы, учесть всех способных сражаться (16).
Сам же вождь большевиков пока что предпочитал руководить партией дистанционно. Если уж какие выводы Ленин и сделал за почти два десятка лет у руля нелегальной организации — с безопасностью лучше перебдеть. Поэтому он скрывался в Выборге, и сведения о его возвращении в Петроград у партийной верхушки были весьма противоречивыми.
Ильич и сам до последнего запутывал следы, стараясь, чтобы даже ближайшие соратники не имели точной информации. История с Малиновским стала хорошим уроком, отучившим большевистское руководство от излишней доверчивости. Даже Свердлов, который с конца сентября находился в непрерывной переписке с вождем и знал о его планах больше любого другого человека, до последней минуты был не в курсе обстоятельств его возвращения. Яков Михайлович, безусловно, хотел разместить важного гостя поближе к себе, но Ленин счел подобное соседство опасным и разместился на квартире сельской учительницы Маргариты Фофановой. Это жилище в итоге и станет его последней конспиративной квартирой — следующим жильем вождя станет кабинет в Смольном.
Итак, в начале октября Ленин, пока еще тайно, вернулся в Петроград. Вопрос стоял о немедленном заседании ЦК, на котором должно было быть вынесено четкое решение о начале вооруженного восстания. Оно состоялось уже 10-го числа, также тайно, на квартире у жены меньшевика Суханова. Присутствовали 12 членов ЦК из 24. Среди них были: Ленин, Сталин, Дзержинский, Троцкий, Зиновьев, Каменев и, конечно, Яков Михайлович Свердлов. Председательствовал Свердлов — он организовал это заседание, он же и открыл его. Речь шла о настроениях на фронте, готовности армии поддержать революцию. Армия оставалась главным силовым ресурсом революционных событий — на нее рассчитывали большевики, на нее рассчитывал Керенский, на нее же надеялись опереться правые силы. Впрочем, хотя речь Свердлова вызывала одобрение и аплодисменты соратников, она была всего лишь прелюдией — собравшиеся ждали выступления Ленина, которого не видели в столице с Июльских дней.
Тайное заседание в квартире на набережной реки Карповки, как и многие другие тайные встречи, организовал Яков Свердлов. Для него это была одна из последних возможностей проявить свой талант конспиратора — в скором времени нужда таиться для большевиков исчезнет «Заседание ЦК партии 22 октября 1917 г.», художник Юрий Белов
Ленин выступать не торопился. Он внимательно выслушал доклад Свердлова о положении дел в большевистских организациях в провинциальных городах и на фронтах. По Владимиру Ильичу было заметно, что он доволен оратором — еще бы, сам же его и подготовил.
