Первым делом было решено, насколько возможно, задержать грядущее заседание. Выборы проходили медленно, требовалось много времени для регистрации депутатов и еще больше для прибытия их в Петроград. Этим воспользовался Ленин, уже 23 ноября назначив Моисея Урицкого, переметнувшегося летом от меньшевиков к большевикам, «комиссаром по выборам» с единоличным правом выдачи депутатских мандатов. Понятно, что подобное вмешательство могло только замедлить работу комиссии. Параллельно с этим был издан декрет «К открытию Учредительного собрания», который устанавливает необходимый кворум для открытия собрания в 400 человек. Это дало большевикам необходимую отсрочку, чтобы максимально дискредитировать будущее собрание и разобраться с основными противниками, вошедшими в его состав.
Началом решительных действий стало подписание Свердловым декрета «Об аресте вождей гражданской войны против революции». Текст декрета был прост и ясен:
«Члены руководящих учреждений партии кадетов, как партии врагов народа, подлежат аресту и преданию суду революционных трибуналов.
3 января 1918 года ВЦИК принял подписанную В. И. Лениным „Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа“. Она уже содержала все решения, которые должно было принять Учредительное собрание. Делегатам съезда, под большим давлением, предлагалось обсудить и одобрить ее
На местные Советы возлагается обязательство особого надзора за партией кадетов ввиду ее связи с корниловско-калединской гражданской войной против революции…» (223)
У кадетов было достаточно политических противников, и никакой надежной защиты и поддержки они не получили. Но правое крыло эсеров было куда активнее и пассионарнее. Они немедленно попытались обезопасить себя, создав «Союз защиты Учредительного собрания», объединявший антибольшевистские силы. В дальнейшем этот союз занимался организацией печально известного митинга в поддержку собрания и даже планировал вооруженное выступление в его защиту. Однако ввиду слабой поддержки в войсках (не было у правых такого талантливого агитатора, как Свердлов) от выступления пришлось отказаться.
Параллельно приходилось вести борьбу и внутри РСДРП(б). Лев Каменев, Алексей Рыков, Давид Рязанов (Гольдендах), Виктор Ногин и прочие «раскольники» продолжали атаки на ленинские позиции, теперь используя Бюро партии большевиков в Учредительном собрании. Свердлов нанес сокрушительный контрудар. Он организовал срочное заседание ЦК в Смольном — чтобы гарантировать участие максимального числа сторонников. На этом мероприятии и последующем съезде большевистской фракции Яков Михайлович декларирует ленинские тезисы относительно Учредительного собрания. Эти тезисы четко обозначили смутную до этого момента позицию партии. Свердлов был весьма убедителен. Когда он понял, что на его стороне большинство, председатель ВЦИК разгромил оппозиционный блок и окончательно подавил его инициативы. Теперь ему ничто не мешало развернуть масштабную работу по дискредитации Учредительного собрания.
Помимо действий идеологического характера, большевики не забывали и о силовой составляющей. Опасаясь, и небезосновательно, что конкуренты попытаются спровоцировать народные выступления в поддержку собрания, они создают Чрезвычайную комиссию по охране Петрограда. Официально — чтобы противостоять вторжению контрреволюционных войск. Фактически — для подавления вероятных народных волнений. Во главе комиссии встает опять же вездесущий Свердлов — без него теперь не обходится ни одно ответственное дело. Вместе с Яковом Михайловичем в числе руководителей оказался Урицкий, а также Николай Подвойский — давний приятель Свердлова по Северному комитету партии. Так была создана первая спецслужба молодого государства — прообраз будущей грозной ВЧК. Заслуга Свердлова в создании новой тайной полиции несомненна, хотя в дальнейшем все лавры достанутся его сподвижнику — Феликсу Дзержинскому. Увы, и в данном случае история обошлась с Яковом Михайловичем, как мачеха с нелюбимым пасынком!
С приближением назначенного дня заседания 5 января обстановка накалялась все сильнее. В Петрограде и Москве готовились антибольшевистские митинги, красногвардейцы и матросы с оружием в руках патрулировали столичные улицы. Латышские стрелки взяли под охрану Таврический дворец, в котором должно было собраться Учредительное собрание. Формально — чтобы обеспечить его защиту. На самом же деле «большевистский спецназ» должен был не позволить правым партиям вести подготовительные встречи. А день все близился.
