Если под чудовищным красным террором лежала в основании логика классовой борьбы и устрашения враждебного большевикам класса, посредством истребления части видных его представителей, то кого и чему могло научить выкашивание целиком казачьих станиц без разбору возраста, происхождения и социального положения жертв? Сейчас исследователи практически единодушны в оценке характера этого циркулярного письма: это приказ о геноциде людей, живущих на территории своей страны, только потому, что они родились казаками. Дата принятия циркуляра — 24 января отмечается как День памяти жертв геноцида казаков, пока неофициально, но предложение узаконить эту трагическую дату уже прозвучало в Госдуме (359).
Полгода бушевавший красный террор успел наложить свой страшный отпечаток на органы власти — выдвинулись слепые исполнители, некомпетентные, неспособные задаваться элементарными вопросами об этичности распоряжений сверху.
В нескольких номерах «Известий Народного комиссариата по военным и морским делам» печатается статья главнокомандующего Вооруженными силами Республики И. Вацетиса «Борьба с Доном». «Старое казачество должно быть сожжено в пламени социальной революции. Стомиллионный русский пролетариат не имеет никакого нравственного права применить к Дону великодушие… Дон необходимо обезлошадить, обезоружить и обезногаить и обратить в чисто земледельческую страну» (360).
Для молодой Советской республики этот документ был откровенно вредительским. Он не приводил к ней союзников, пусть даже силой принуждения и страха, но создавал на ровном месте смертельных врагов. И реакция из казачьих областей последовала незамедлительно: кровь полилась рекой.
Стихийное расказачивание, очевидно, стало оборотной стороной мечты Свердлова о подготовке идеальных исполнителей воли партии. Своевольные палачи, догматики и фанатики, которым Свердлов вручил в руки карающий меч революции, находились повсеместно — во всех уголках страны. Например, пьяный Богуславский, председатель ревкома в станице Морозовской, требует список арестованных, вызывает по порядку номеров 64 сидевших в камерах казаков и всех по очереди расстреливает. В дальнейшем Богуславский даже не утруждал себя приходом в тюрьму — вызывал для расстрела в ревком, а то и к себе домой (361).
Вполне возможно, что Свердлов был бы и рад остановить инициативу своего не в меру кровожадного выдвиженца, но семена ненависти упали на хорошо удобренную почву: «Это была фактически красная месть казакам за белый террор. Осуществлялось расказачивание как ответ на разбольшевичивание режимом Краснова. Сырцов участвовал в подавлении Вешенского восстания» (362).
Донбюро ЦК РКП 8 апреля 1919 года обнародовало свою директиву: «Насущная задача — полное, быстрое и решительное уничтожение казачества как особой экономической группы, разрушение его хозяйственных устоев, физическое уничтожение казачьего чиновничества и офицерства, вообще всех верхов казачества, распыление и обезвреживание рядового казачества и о формальной его ликвидации». Здесь впервые в истории Гражданской войны предписывается взятие заложников из числа авторитетных и уважаемых казаков, даже не замешанных в контрреволюционных действиях (363).
Инициатива на местах оказалась откровенно вредной для большевиков в условиях Гражданской войны. Ее последствия проявились уже через неделю после отправки письма и принятия его к исполнению.
До восстаний на юге России в 1918 году в большевистской партии преобладала первая точка зрения о «мягком» отношении к казакам. Это помогло привлечь достаточно большое число казацкой молодежи, вернувшейся с Первой мировой войны, а также казачью бедноту. К февралю 1919 года на Южном фронте воевало девять красноказачьих полков общей численностью до 8 тысяч человек. Письмо Оргбюро буквально бросило казаков под белые знамена (364).
Ленин и Свердлов в президиуме I Всероссийского съезда комбедов и сельхозкоммун
Россию лихорадило от крайне жестких, откровенно жестоких методов управления. Со стороны красных главным проводником этих методов был Свердлов. Но жесткость и жестокость вовсе не были равны эффективности. Одним из наиболее провальных проектов Свердлова стала аграрная политика. Вернее, примат классового подхода над здравым смыслом. Отдать всю власть в деревне комитетам бедноты — это означало полностью утратить управляемость сельскими общинами. Позиции советской власти на селе зашатались.
Декретом ВЦИК от 11 июня 1918 года, подписанным В. И. Лениным и Я. М. Свердловым, в деревнях РСФСР организовывались «комбеды», в обязанность которых входило «оказание помощи местным продовольственным органам в изъятии хлебных излишков» (365).
Декрет полугодовой давности к зиме 1919 года привел к голоду в городах. Цепочки снабжения были разрушены: «Губернские и уездные Совдепы должны принять самое активное участие в организации комитетов бедноты. В круг деятельности волостных и сельских комитетов бедноты входит следующее:
1) распределение хлеба, предметов первой необходимости и сельскохозяйственных орудий,
