- До Ак-Барры еще нужно добраться. Мост сожжен. Или ты умеешь вселять дух бога орла, в кого пожелаешь? Так покажи мне свое могущество, о величайший, буду счастлив это увидеть!
- Прикуси лучше язык! Повелитель и так в великом гневе! Ты хочешь прогневить его еще больше?
- День-два, что они могут значить. Ак-Барра не ждет атаки. Она и так, и так обречена.
- Зато войскам мало пользы засиживаться в засаде. Ты что же, ставишь под сомнение мудрость повелителя, что обсуждаешь его приказания?
Два воина, судя по всему, из командного состава собачились в соседнем коридоре. Нетрудно было сразу понять, что друг друга они недолюбливают, вернее верного, соперничают. Только эти мелочи нисколько не заинтересовали Рама. Несколько слов, пойманных его слухом, заставили беглеца остановиться и прислушаться к перебранке. То, что уловил, пропустив оскорбления и угрозы, поначалу показалось ему полным вздором. Но двое, у которых чесались руки вцепиться друг другу в горло или пырнуть ножом, точно не шутили, не были пьяны. Тогда… мысль молнией пронеслась в голове у Рама. Тогда понятны азарт и тщательность, с которой его ловили. Кадек приготовился к нападению и стремился обезопасить себя от возможных неожиданностей.
========== Часть 1. Глава 17. Реликвия ==========
Если в начале тренировок Морган отдавал себе отчет, что воины из его «курсантов» получаться средненькие, то теперь уже начинал сомневаться, объективно ли оценивал их способности, потому что рассчитывал на куда лучшие результаты.
«Спокойно, спокойно.- уговаривал он сам себя, в очередной раз пережив припадок бешенства.- Конечно, времени мало. Времени катастрофически мало. А среди всей этой шушеры нет ни одного сколько-нибудь профессионального воина» Но подобный психологический тренинг давал короткий и недолговечный результат: до очередного прогона умений и навыков новобранцев.
- Как вы собираетесь сражаться?- орал Морган, швыряя наземь оружие (как истеричка вазу с цветами – мысль самого Моргана).- Да вас разгонят полтора стражника и даже отдышаться не остановятся! Вы зачем напросились сюда? Чтобы тратить моё время? Вам не в вояки идти, а в танцовщицы!
Его слушали с опущенными головами, с сопением и переглядыванием. Как бараны. Морган в сердцах сплюнул.
- Марик!- гаркнул он. Тот моментально возник перед главарем, смущенный не меньше остальных устроенным разносом.
- Значит так, оставляю сейчас тебя с этими милыми барышнями за старшего! До седьмого пота отрабатывать все, чему я успел вас обучить. Пока не попадаете, вам ясно? А завтра я сам приму экзамен! И жалеть не буду! Вперед!
Морган вернулся в город в свои покои с намерением хорошенько отдохнуть. А заодно обдумать ситуацию и своё положение в расстановке фигур на шахматной доске.
Он вёл собственную игру, до поры до времени совпадающую с игрой, которую затеяла верховная жрица. Морган знал – как только его интерес разойдется с планами ба Кабет, он и минуты не станет раздумывать. Главное тут – не прогадать. Не оступиться. Не сделать опрометчивого шага раньше времени. Именно поэтому, как ни чесались до сих пор у него руки, но он не решался таскать сокровища из храма или дворца и припрятывать их. Всему своё время, да и надежного тайника Морган пока еще не присмотрел. Как и сокровищ подходящих. Блеск золота манил Моргана, но бывалый солдат удачи старался держать голову холодной. Сокровища надо донести до конечной цели. То есть, до нормальной цивилизованной местности. Поэтому брать следует только очень и очень ценное, притом компактное. При всем желании ему не унести с собой тонну золота. А так хотелось бы…
И еще кое-что. Морган собирался покинуть город, прихватив с собой дочку профессора. Он так решил. Дружки Нины, видимо, окочурились. Это его не заботило и не трогало. А вот Нину, пожалуй, он вытащит из этого странного мирка, где ей ничего хорошего не светит.
Мысли Моргана прервал странный шорох за стеной. Морган привстал с мягкого дивана и прислушался. Так и есть. Кто-то ходит в коридоре, за дверями его апартаментов. В стене высоко почти под потолком было узенькое окошечко. Но бывалому искателю приключений не составило и малейшего труда туда вскарабкаться, пользуясь статуями у стены и рельефами на стене. Долго держаться там он не мог, но и быстрого взгляда хватило, чтобы узнать человека бродившего между статуй и кадок с растениями.
Морган усмехнулся. Ну, да! Кому же еще быть как не этому.
С самого начала Морган понял, что должно держать ухо востро с этим Амоном! Так и горят глаза у подлеца, до чего же хочет спровадить его, любимчика Фортуны Моргана, в их речку, как там её.
Ба Амон не просто шатался от стены к стене, от статуи к статуе. Он явно вынюхивал, выискивал. И Морган не сомневался, что именно. Проклятый жрец выискивает тайник. Хочет доказать своей начальнице, что чужеземец – пригретая на груди змея.