- Я получил твоё письмо, Исат.- ответил Сехх.- и могу сообщить тебе одно: пустынники готовятся уйти вглубь своих территорий. Приближается время одного из их ритуальных празднеств. Пока будут праздновать и чествовать своих богов, воевать не начнут. А заглянуть в более дальние планы кочевников невозможно. Их попросту нет. Но в письме ты ни словом не обмолвилась о том, что творится в городе.
- Ты же знаешь,- отводя глаза, молвила хранительница.- город не считает тебя своим. Что тебе до его дел?
Глубокая морщина легла на переносице Охотника Сехха.
- Городу, возможно, нет дела до меня.- глухо ответил он.- Но у меня остались кое-какие дела в нём. Не знаю, что там затевает царь Нерада и прочие, но предчувствую, что добром это вряд ли закончится. Я изгнан. Но разве я столько раз не оказывал городу услуги? Сейчас, Исат, я хочу лишь одного: знать всю правду, всю, как она есть. Что там творится?
- Если ты захочешь вмешаться,- покачала головой хранительница.- это может пагубно закончится. И для тебя в первую очередь.
- Столько людей вмешалось туда уже.- перебил Сехх.- И я один могу всё испортить?
- Брат мой, я беспокоюсь о тебе!- воскликнула Исат, и голос её зазвенел обидой.- Почему ты видишь во мне врага и подозреваешь интриги с моей стороны?
- Я тебя ни в чем таком не подозреваю, Исат.- спокойно и чуточку грустно ответил на это Охотник Сехх.- Но ты вынуждена часто действовать не по своему разумению.
- Годы изгнания изменили тебя,- тихо сказала хранительница.- Ты не веришь богам, ты не веришь Оракулу. Ты ведешь себя тут, как чужак. И это пугает не меня одну.
- Я никогда не стремился причинить городу зло.- в ответ на это молвил гость и пошёл к выходу.
- Но ты можешь причинить его ненароком!- не сдавалась Исат.
У самого выхода Сехх обернулся.
- Внешние племена дали мне множество прозвищ. Меня называли Хитрым, Храбрым, Мудрым, Тем, Чьи Мысли Выше Облаков. Попробуй положиться на мою мудрость. Я зарабатывал её не один год, и не в пыльных хранилищах свитков.
- Этого я боюсь более всего.- сказала Исат.- Ты веришь в собственную мудрость больше, чем в мудрость древних свитков.
- Не знаю мудрее ли я,- Сехх качнул головой.- но у меня точно есть живое сердце. А к нему тоже иногда стоит прислушаться.
- Постой!- Исат бросилась за ним.- Тебе нельзя сейчас показываться вблизи города! Нельзя!
- Ты бросишь меня в темницу?- хмуро спросил Сехх.
- Как ты мог такое подумать?- всплеснула руками хранительница.
- А иначе меня не удержать.- отрезал Охотник Сехх.
- Даже словом друга?- горько вопросила Исат, отступая назад.
Сехх опять остановил свой решительный шаг. Он колебался, потому что знал – хранительница тоже колеблется между дружбой и признательностью ему и массой условностей, которые налагает на неё сан и служение, и обычные предрассудки.
- Что бы там ни было,- заговорила Исат.- каждый встретит лишь судьбу, какая предначертана ему. Законы Ак-Барры справедливы. Невиновный не пострадает. А победу одержит тот, кому она предназначена. Твоё вмешательство может лишь испортить всё, хотя ты и действуешь из лучших побуждений.
- Послушай меня, названая моя сестра, хранительница Исат.- печально ответил на это Охотник Сехх.- Когда-то я принял моё изгнание таким, каким полагалось его принять. Я не нарушил ни единого постановления, связанного с ним. Долгие годы странствий изменили меня, это правда. Я перестал слепо доверять многим вещам, которые прежде не подвергал сомнению. Вернувшись сюда, я нарушил одну из данных клятв. И не жалею об этом. Напротив, я понял, какой неправильной была моя клятва. Но и теперь повторю: я строго следил за собой, чтобы ничего не делать во вред городу. Если ты мой друг, Исат, то поможешь мне проникнуть в город. Или я вынужден буду признать, что у меня нет здесь друзей.
Хранительница молчала. В ней шла тяжелая и непростая борьба между двумя страхами, между опаской и доверием. Увы, казалось этой борьбе нет и не может быть никакого исхода, потому что ни на одну сторону душа не может склониться абсолютно.
***
Сообщение инквизитора Балика было равно по воздействию разрыву снаряда.
- Как такое могло произойти?- воскликнула царевна.
- Это что, очередная попытка очернить моего сына и меня?- прошипела ба Кабет.
- Увы, ваше высочество,- склонил голову инквизитор.- когда стала очевидна опасность захвата тюрьмы мятежниками, Ларк с двумя стражниками отправился за лордом Рамом, дабы доставить его в более надежное место. Но лорд Рам напал на них, обезоружил стражников, а Ларка тяжело ранил.
- Что? Поднял руку на помощника инквизитора?- ахнула царевна.- Неслыханно!
- Да.- подтвердил мрачный Балик.
- Что ты на это скажешь, ба Кабет?- резко спросила Кама.
Положение верховной жрицы простым не назовешь. О, как она проклинала своеволие и горячий нрав сына. Но не из тех она была, кого легко загнать в глухой угол.
- Очевидно,- с достоинством ответила ба Кабет.- мой сын так поступил, потому, что видел угрозу своей жизни.
- Ты смеешь утверждать, что мы хотели убить Рама?- у Камы даже перехватило дыхание.