Коротко, но не упустив ничего важного, посланник обрисовал ситуацию и отдал письмо с царской печатью. Пораженный и встревоженный Джулак отрядил одного из своих людей обратно в гарнизон за подмогой, а сам со своим отрядом поспешил к оборонявшемуся городу.
***
Враги практически подобрались вплотную к стенам дворца. В то же время как будто притихли. А это не нравилось защитникам города. Табо высказал мысль о необходимости тщательнее охранять уязвимые участки. Тишина запросто могла смениться внезапным штурмом.
Один из командиров младшего звена нёс вахту на террасе дворца. Он прятался за массивной колонной-статуей, ведь извне запросто могли прилететь стрела или метательный нож. На город уже опустились сумерки, кое-где освещенные заревом пожаров. Мятежники от души похозяйничали там, куда смогли добраться. Часовой из своего укрытия пытался разглядеть, что же происходит на улице. Но там всё точно вымерло.
Легкий шум шагов за спиной заставил часового резко обернуться, даже схватиться за рукоятку меча.
- Тебе нельзя тут находиться!- сердито и тихо сказал он бледной светловолосой девушке в белом коротком платье, которая чуть не вскрикнула при виде его воинственной физиономии.
- Там!- она указала через своё плечо в сторону соседней террасы.- какие-то люди. Они поднимаются наверх по лестнице.
Меньше двух секунд понадобилось служивому, чтобы понять, куда могут подниматься вражеские лазутчики. Нина заметила незваных гостей в узкой шахте с винтовыми ступеньками. Это был старый пожарный спуск. Очевидно, мятежники вскарабкались по стене на террасу, а оттуда двинулись этим подзабытым подъемом. Часовой был готов провалиться сквозь землю, потому что проглядел опасность.
***
Царь задремал под воздействием успокоительных капель. Кама не покидала комнаты. Здесь же сидели её няня Сом и Брийя, изнывающая от беспокойства. Царевна же напротив казалась образцом спокойствия. Её тревожило лишь состояние отца. Она переживала за судьбу жителей города, попавших в самое жерло сражения. Но в исходе битвы не сомневалась ничуть. Избранные победят.
Брийя приподняла голову и прислушалась.
- Что это? Кама, слышишь?
До ушей женщин вдруг донесся шум яростного сражения: хриплые крики, звонкие удары мечей.
- О, горе нам! Они прорвались во дворец!- Сом закрыла рот ладонью.
Две девушки вскочили на ноги. Кама бросила взгляд на спящего отца.
- Надо увести царя отсюда!- воскликнула она и зачем-то метнулась к двери.
Лишь только Кама приоткрыла дверь, как в нескольких сантиметрах от её лица просвистел меч, и мелькнуло перекошенное лицо нападавшего. Царевна от ужаса онемела, но Брийя со сдавленным возгласом: «Кама, нет!» рывком отдернула подругу назад, а у самой двери еще яростнее послышался лязг мечей и вопли сражающихся.
Брийя и Кама еще не успели перевести дыхание, когда дверь открылась снова, и в комнату ворвался один из дворцовых стражников. Он тяжело дышал, и доспехи местами были испачканы кровью.
- Ваше высочество,- заговорил он, справляясь с одышкой.- будьте спокойны. Вы в полной безопасности. И царь тоже.
- Что случилось?- выдохнула Кама, оглядываясь на кровать, где застонал-забормотал во сне отец.
- Мятежники послали своих людей захватить или убить царя.- доложил страж, совершенно уже овладевший собой.- Но они уничтожены все! Царю и вашему высочеству ничего не угрожает. Но мы оставим дополнительную охрану рядом с покоями.
- Как им удалось проникнуть во дворец и добраться до самых покоев?- голос Брийи дрожал.
- Они знали откуда-то о полузаброшенной старой лестнице. Но та, кого зовут Нина, заметила их и предупредила нас.- ответил стражник.
Царевна переглянулась с подругой.
- Где она сейчас?- спросила Кама.- Я хочу увидеть её.
Стражник поклонился и немедленно поспешил отыскивать Нину.
- Все же Рам заодно с мятежниками.- констатировала Кама.- Иначе откуда им так хорошо знать, как проникнуть в покои царя?
- Думаю, ты права.- откликнулась Брийя.- Но тогда нам нигде нельзя чувствовать себя в безопасности. Рам был начальником храмовой стражи и знает дворец и храм лучше, чем кто бы то ни было.
Страж вернулся вместе с Ниной.
Две девушки, претендующие на одно сердце, стояли и смотрели друг на друга.
Нина была чуть выше Камы. Никому бы в голову не пришло называть мисс Сондерс верзилой или толстушкой. И все же напротив миниатюрной аристократичной утонченности царевны Камы Нина казалась крепко сбитой, высокой и какой-то ширококостной. Что Кама подлинно прекрасна, нельзя было не признать. Настоящая принцесса древних сказаний, в которых каждая красавица ослепительна. И Нине с её милым простым личиком и пружинистой походкой современной девушки, кажется, смешно и пытаться соперничать красотой и грацией с наследницей династии Рамзесов.
А что же Кама? Чувствовала ли она своё превосходство? Едва ли. Она не была так строга к внешности Нины, как сама Нина. А радость Дина, увидевшего светловолосую девушку живой и невредимой? Нет, определенно он помнил её всё это время, она много для него значит.
- Мне сказали,- безо всякой неприязни произнесла царевна.- что ты заметила как во дворец пробираются убийцы.