Ахана как рассудил: опасность из лесу пришла, с гор спустилась. Начал вождь подозревать, что ошибался. Оставалась только вода. Это и было самым странным.
Если учесть, что наши предки питались в основном лососем да тюленьим мясом, можно только дивиться тому, что в морских чудовищ они не верили. Да только какие чудовища, когда квилеты китов били? Нет, в Великих Водах они лишь самих себя могли назвать самыми страшными существами.
И вот Ахана заподозрил, что ошибались квилеты все это время. Были чудовища, просто знать о себе не давали. А племя тем временем забыло о них, превратило в легенды, которые потом и вовсе рассказывать перестали.
С месяц не было новых исчезновений. Роптали девушки, уставшие от вечных соглядатаев, безуспешно пытались скрыть недовольство воины. Не было на землях квилетов следов Хладных, целы были девушки, оплаканы пропавшие.
Мало ли в жизни загадок, которых никому не разгадать? Да только нет в их землях чужаков. Или не доверяет вождь чутью своих воинов?
Сдался под натиском соплеменников Ахана – и до конца жизни себе этого простить не мог.
Потому что на следующий же день, как он снял охрану, пропала его младшая дочь. С рассветом убежала на реку, ни слова никому не сказав.
Ахана от горя чуть умом не тронулся. Знал вождь, что не ушла опасность – притаилась в высоких травах на берегу, нырнула под камень смертоносной змеей, закопалась в ил. И Ахана поверил.
Воины стыдились смотреть ему в глаза. Перепуганные девушки более не роптали и даже в деревне сбивались в кучки. Теперь все уверовали в Хладных. Отовсюду были слышны шепотки – сбылась мечта Ахана: все вспомнили славного его предка.
Да только сам он окончательно уверился, что Хладные здесь ни при чем.
Решил Ахана сделать то, что давно должен был. Дело в том, что наши предки были единственным племенем на побережье, в котором не имелось шамана. Издревле квилеты ворожбы не любили, да от ведьм много натерпелись. Вот и поспешили шаманов к ним причислить. Нет добра от колдовства, а значит, и не нужно оно вовсе. Сами со всем разберемся – так они промеж собой решили. Гордые мы были всегда, а от гордости до глупости один шаг.
Но Ахана знал, что живо еще древнее искусство взывания к миру духов. Высоко в горах жив был еще старый шаман. Слышали его воины племени, обходя границы своих владений: кричал он по-птичьи, камнями о камень стучал – значило это, что быть грозе.
Если шаман вождю квилетов не поможет, не на кого тому больше надеяться.
