Лодка подошла к гроту — как теперь уже было ясно видно, также искусственно выдолбленному в скале и напоминавшему огромный клюз, только находившийся на уровне ватерлинии каменного «корабля». Когда они вплыли под низкие каменные своды, Кай поднял голову и обратил внимание на щель вверху, скрывавшую толстую опускную решетку. Никакого причала не было, «клюз» заканчивался вертикальной гранитной стеной, и лишь в каменном потолке виднелись новые отверстия, закрытые люками — очевидно, для подъема и спуска людей и грузов. Да, непрошеному гостю попасть в замок непросто — во всяком случае, с воды, причем это, наверное, лишь первые препятствия на пути в… донжон? Верхнюю часть замка, выстроенную на скале, совсем не хотелось называть этим термином — это было произведение искусства, воплощенное в камне парящее изящество, а вовсе не громоздкая крепость в крепости, последний рубеж обороны гарнизона… хотя, наверное, при необходимости она могла сыграть и эту роль. Кто и когда построил этот замок, интересно? Едва ли сама Изольда — масштаб работ, на непрофессиональный взгляд Кая, требовал десятилетий упорного труда сотен каменотесов… но, наверное, замку все же менее трехсот лет. Он построен в новую эпоху, эпоху мира, когда благодаря могуществу магов, уничтоживших внешнюю и внутреннюю оппозицию, власть Империи распространилась повсеместно, позволяя зодчим предпочесть красоту и полет фантазии мрачным канонам фортификации…
Из открывшегося сверху люка сбросили трап. Унтер-офицер влез первым, Кай следом за ним. Из вырубленного в скале помещения, обширного, но с низким потолком (Кай успел заметить в свете масляных светильников тали с крюками, нависшие над грузовыми люками, тюки и ящики, сваленные вдоль стены, каких-то крепких людей в брезентовых фартуках и рукавицах — как обычно, вблизи и тем паче внутри все выглядело не так романтично, как издали) Бенедикта провели в боковую нишу и далее по каменной лестнице на «верхнюю палубу». Он не удержался и остановился, снова любуясь видом, теперь уже открывавшимся с «корабельного носа» — сперва на озеро, затем на устремленный ввысь между двумя водопадами замок. Унтер-офицер не выразил неудовольствия задержкой, а, напротив, остановился рядом:
— Красиво, да? Утром здесь тоже чудесно… над водопадами радуги… Ну ладно, — он скосил глаза на двоих солдат, гуськом выбиравшихся из оставшегося позади проема. — Если Госпожа оставит вас в замке, еще насмотритесь.
Они прошли по отполированному до блеска граниту «палубы» к воротам в нижней части башни. Ворота тоже были каменные, украшенные богатой резьбой — каждая створка весила не меньше тонны и поворачивалась лишь благодаря расходившимся двумя полукругами рельсам, заглубленным в гранитное ложе. Створки были распахнуты наружу, а изнутри вход охраняла пара вполне классических стражников с алебардами (впрочем, алебарды, как успел заметить Кай, тоже были какие-то вычурные, со слишком длинными, волнисто изогнутыми и тоже украшенными ажурной резьбой секирами). Кай с неудовольствием подумал о предстоящем долгом и утомительном восхождении по винтовой лестнице — однако, хотя таковая в башне действительно имелась, она наматывала свои витки вокруг центральной шахты, уходившей на самый верх. На дне шахты покоилось нечто вроде открытой круглой беседки под куполообразной крышей; от этой крыши вверх тянулся толстый канат, и Кай понял, что это подъемная машина.
Его догадка была правильной; едва Бенедикт и сопровождающие зашли внутрь, унтер-офицер потянул за витой алый шнур с тяжелой кистью на конце, и кабина плавно двинулась вверх.
— Колесо рабы крутят? — с усмешкой осведомился Кай.
— Зачем же рабы? — обиделся унтер-офицер. — Водопад крутит.
Кай мысленно одобрил изобретение, глядя по сторонам в проплывающие мимо окна. В одних были прозрачные стекла, открывавшие вид на озеро, могучие водопады слева и справа и горы вокруг, в других — цветные витражи, сейчас, после заката, уже не выглядевшие впечатляюще. С задней стороны кабины проплывали коридоры, уводившие куда-то вглубь скалы. На площадке у выхода из одного из них дожидались подъемника двое слуг в фиолетовых ливреях, но унтер-офицер не стал ради них останавливать кабину, да и места в ней уже не было.
Кабина поднялась до верхнего острова, служившего основанием бутонообразному донжону — но не остановилась, а продолжила двигаться дальше. Видимо, ее канат был переброшен через блоки на самом верху замка. Кай получил возможность полюбоваться изнутри изящно сплетавшимися резными колоннами и воздушными арками; да, таких светлых и просторных донжонов он определенно не видел никогда в жизни, даже на картинках. Сейчас, впрочем, когда даже на этой высоте дневной свет уже угасал, по коридорам и галереям спешили слуги, повсюду зажигая светильники. Колпаки светильников были из разноцветного стекла, и одни коридоры обретали желтый или оранжевый, другие — зеленый или голубой оттенок; были и такие, где цвета чередовались. Кай подумал, как замок выглядит со стороны ночью, светясь разноцветными огнями и отражаясь в зеркально-спокойных водах озера…
