И как раз в этот звенящий от напряжения момент на Хельсинки обрушились советские бомбардировщики, атаковав береговые батареи, казармы с остатками гарнизона, здание министерства обороны, центральную телефонно-телеграфную станцию, а также Инженерный форт Крепости с его эпическими запасами минного пироксилина. Последняя цель — самая важная и опасная. Было у меня основание подозревать, что финны сами взорвут этот форт, когда мимо него будут маршировать советские войска. А потому нафиг-нафиг, лишних потерь среди советских бойцов мне не надо. Кстати, бумкнул этот форт знатно. На представление «извержение вулкана вручную» лучше смотреть издалека. Трехтонные фугаски, сброшенные с Ил-28, имели взрыватели с большим замедлением, поэтому рвануло тогда, когда бомбардировщики уже улетели, а вертолеты и планеры с десантом еще не прилетели. Взрывная волна была такой силы, что на несколько километров вокруг форта начисто вымело лед, при этом практические весь гарнизон крепости отправился жаловаться на свою тяжелую жизнь Святому Петру, а в городе разом вылетели все стекла, и каменным градом с небес изрядно побило черепичные кровли.
Не успели жители прийти в себя от такого апокалиптического события, как в воздухе засвистели вертолетные турбины, и этот звук смешивался с воем несущихся на бешеной скорости СВП. А дальше счет пошел на минуты. СВП высаживает десант на набережных при поддержке легкой бронетехники, а вертолеты выбрасывают бойцов в глубине города, где посадочным способом, а где и при помощи фалов, после чего разворачиваются и возвращаются обратно на советскую территорию. Пройдет не больше часа, как они вернутся со второй волной десанта. У СВП оборачиваемость составит два часа. Поскольку уже высаженные с вертолетов подразделения перерезали основные дороги, ведущие вглубь страны, то вся сосредоточенная в столице финская правящая элита — министры, депутаты парламента, популярные журналисты и адвокаты, привыкшие много болтать и мало думать — угодила в надежную мышеловку, из которой им уже не выбраться. А тем временем на горизонте уже видна голова походной колонны 8-й армии. На скорости в десять километров час им еще идти (точнее, ехать) до цели час-полтора. Собственно, дело сделано, и дальнейшие действия советских товарищей, взявших белофиннов со спущенными трусами, можно не досматривать. У меня и других дел достаточно, а тут товарищ Сталин должен теперь со всеми проблемами справляться самостоятельно, и даже подстраховка на случай, если что-то пойдет не так, становится излишней.
13 июля 1976 года, 12:00, Лос-Анжелес, район Беверли-Хиллс, особняк «Плейбоя»
Время ланча у обитателей особняка Плейбоя получилось томным. Едва пробило двенадцать часов, как за окнами особняка с легким свистом пролетело что-то массивное, затмив на мгновение солнце. Не успел Хью Хефнер поинтересоваться, в чем там, собственно, дело, и тут же вбежала служанка-мексиканка и с сильным испанским акцентом принялась быстро-быстро говорить, что на лужайке за фонтаном происходит такое, что у нее просто не хватает слов.
Подойдя к окну и чуть отодвинув в сторону плотную занавесь, главный шалун* планеты с высоты второго этажа увидел возлежащий на зеленой травке фантастически-футуристический аппарат из гладкого блестящего металла, по форме отдаленно напоминающий гигантский медиатор от гитары. От многочисленных художественных поделок, время от времени мелькавших на экранах, данное изделие отличали целесообразность и отсутствие лишних деталей.
Даже не обращаясь к прорицателям и ясновидящим, Хью Хефнер мог сказать, что его посетили люди императора Галактики Сергия, в последние четыре-пять месяцев поделавшегося главным актором мировой политики. А вот и его солдаты, оцепляя поместье по периметру двумя цепочками, побежали откуда-то из-за задней части аппарата, где, очевидно, имелся десантный люк. Пара минут — и из особняка «Плейбоя» больше никто не выйдет и не войдет в него.
Примечание авторов:*
