У советских же бойцов все наоборот. Ярость, отвага и умения происходят у них от осознания своего места в истории, заклинания мобилизации и тщательной подготовки войск, уже, как правило, имевших боевой опыт, а кажущаяся бессмертность стала следствием применения югоросской направляющей и укрепляющей сыворотки, которая, за исключением самых тяжелых ранений, сама и врач, и лекарство. При поступлении в полевое медицинское учреждение ранбольного требуется быстро и чисто прооперировать, избавив организм от проникшего извне металла, а потом его просто нужно оставить в покое, предоставив койку в госпитальной палате и обильное пятиразовое питание. Последнее обязательно: аппетит у восстанавливающегося организма примерно такой же, как у голодного тигра. Но результат того стоит. Возвращается боец в строй своей части не за месяц-два, а за три-пять дней, при этом он абсолютно уверен в своей личной неуязвимости и готов дальше неколебимо отстаивать дело Ленина-Сталина.
В белофинской полиции безопасности SUPO «красных» подпольщиков жестоко пытают, необращая внимания ни на пол, ни на возраст, и убивают их зачастую также без суда, даже если речь идет о пятнадцатилетних девочках-комсомолках. Это было известно энергооболочке из данных Основного Потока, и орбитальная сканирующая сеть это подтверждает. Все уже решено, и позиции с руководством Советского Союза согласованы. Никто из деятелей правящей верхушки финского националистического режима и из их подручных, прямо или косвенно причастных к преступлениям банды Рюти-Маннергейма, не должен пережить крах белофинского государства. Следует всех судить по совокупности преступлений, совершенных ими с тысяча девятьсот восемнадцатого года, после чего верхушку публично казнить с максимальной жестокостью и цинизмом, а разных малозначимых личностей выслать на просторы Каменного века с одним ножом на пятерых. Если будет надо, я специально доставлю в двадцатый век специалистов по анальной колотерапии из далекого прошлого. Деятели белофинского режима это вполне заслужили. Кроме всего прочего, они не одни в этом мире такие красивые. Есть еще Антонеску в Румынии, Павелич в Хорватии, и заляпанная с ног до головы курдской и армянской кровью турецкая камарилья. И этим людям будет то же самое и по тому же месту. Человеком надо быть не только тогда, когда над тобой стоит полицейский с дубиной, а даже тогда, когда этого никто не видит.
Впрочем, если финское командование и считало описанную обстановку такой, что хуже не бывает, то сегодня его мнение на этот счет резко переменилось. Хуже бывает, да еще как! Еще вчера в полдень в Москве решили, что уже пора, а в девять часов вечера на лед Финского залива в окрестностях Таллина сошли переделанные из БТР-50 первые гусеничные машины-путепрокладчики особого саперного батальона разграждения. Скорость движения — десять-двенадцать километров в час. Три средних машины расчищали от снега и льда полосы для движения автотранспорта и легкой гусеничной техники, и тут же посыпали их песком. Четыре крайних машины (по две справа и слева) переделанные в ратраки*, оставляли за собой по три готовых лыжни. По заранее накатанной трассе подготовленный лыжник способен развить скорость ничуть не меньшую, чем у кавалерии на рысях. Что касается безопасности всей этой операции, то, по имеющимся у советского командования данным, толщина льда в Финском заливе нигде не была меньше шестидесяти сантиметров, что в двадцатипятиградусный мороз с определенными предосторожностями (при укладке сборных щитовых покрытий) позволяло выпускать на лед даже тяжелые танки. Как-никак на дворе стоит самая суровая зима столетия. Сбиться с пути и проложить трассу не туда саперы тоже никак не могли, потому что на головной машине была установлена навигационная система-курсопрокладчик производства мастерских «Неумолимого». Трасса была проложена с учетом обхода опасных и труднопроходимых мест, причем заранее, а все остальное, как говорится, дело техники. Не зря же все участники операции в поте лица готовились к ней почти два месяца.
Примечание авторов:*
И вот когда голова каравана разграждения удалилась от берега примерно на километр, на проложенную трассу вступили головные машины из состава первой гвардейской мотострелковой дивизии НКВД, двигавшейся в авангарде 8-й армии. Десантные отсеки БТР-50 были забиты боеприпасами и прочим необходимым в бою имуществом, а спешенные бойцы мотострелковых подразделений бежали рядом на лыжах. Ночь была мало того что непроглядно темной (потому что не было луны), так еще на небе висела низкая густая облачность, сея реденький снежок. Единственным ориентиром для движущихся на Хельсинки советских войск была накатанная трасса, едва заметная в призрачном свете маскировочных фар, а лыжники видели лишь слабо фосфоресцирующий жилет впереди идущего бойца.
