Дело было уже в вечерних сумерках, хорошо, что машины шли пустыми, так что хоть не надо было опасаться за груз. Столкновение было неожиданным для обеих сторон. Хотя странно, ведь кавалеристы двигались бесшумно, ну хотя бы по сравнению с нами. Это мы не могли их ожидать, а что думали японцы, было непонятно. Они явно находились в нашем тылу, и любая техника здесь могла принадлежать только нам. Может, они решили, что еще какая-то механизированная часть их войск оказалась рядом, не знаю, но ничего другого мне на ум не приходит.
Короче, они встретились, и был встречный бой. Кавалерия, без тяжелого оружия – и бронемашины. БТРы и «багги» с ходу открыли сильный пулеметный огонь и значительно проредили японских кавалеристов. Те, конечно, в долгу тоже не остались, но их пули лишь бессильно отскакивали от брони бронемашин. Грузовикам тоже, кстати, повезло: кабины у них бронированы и бензобаки броней защищены, это только «багги» немного досталось.
Один из бойцов был убит и трое ранены, но своими пулеметами они буквально выкосили передние ряды японской кавалерии. После чего, быстро сгрузив убитого и раненых, «багги» бросились в погоню за уцелевшими японцами, а бронетранспортеры остались охранять колонну. Японцев спасла наступившая темнота, хотя «багги» скосили еще половину уцелевших. Только наступившая ночь позволила оставшимся японцам скрыться.
Назад колонна, загруженная топливом и боеприпасами, приехала без происшествий, а раненых прямо со станции отправили в госпиталь.
Мы простояли почти неделю на месте, пока саперы готовились к переправе через реку. Готовились основательно. Повторять ошибку японцев, которые лопухнулись с грузоподъемностью переправы, вследствие чего их танки не смогли переправить на другой берег, Жуков не хотел.
Я, кстати, его всю неделю не видел, зато перед началом операции по переправе на противоположный берег реки он приехал снова. Причем приехал уже на новой технике. Видимо, ему тоже очень понравилась БКМ, отобрать ее у меня или моего батальона он не мог. Нет, приказ о прикомандировании одной из машин к его штабу, сиречь ему, он, конечно, отдать мог. Вот только слухи об этом моментально разлетятся по корпусу, и выглядеть он в них будет с очень неприглядной стороны. Не зря говорят, что авторитет и репутацию заработать трудно, а потерять легко. А если военачальник потеряет свой авторитет в глазах подчиненных, то ничего хорошего его в будущем не ждет.
Вот Жуков и не захотел портить себе реноме, хотя, судя по тому, как он потом трофеил Германию, хомяк он еще тот. Лично не видел и не знаю, врать не буду, но слухи, что он из Германии трофеи эшелонами вывозил, слышал. Конечно, дыма без огня не бывает, но и врагов, и завистников у Жукова было много, так что, скорее всего, слухи просто преувеличили. Но кто знает, кто знает…
Приехал к нам Жуков на новенькой БКМ да в сопровождении одной разведывательной БТР-1 и целых четырех «багги». К слову говоря, у «багги», несмотря на их открытость и, считай, никакую бронезащиту, защищены броней только двигательный отсек и бензобак, тем не менее они моментально стали очень популярны в войсках. Они идеально заменили собой мотоциклы с колясками; лучшая проходимость, вооруженность и возможность вести бой мгновенно и по любому направлению сразу бросались в глаза.
Вот командиры всеми правдами и неправдами и старались получить как можно больше «багги» в свои подразделения, а мотоциклы переводили в разряд посыльной техники. С них снимали коляску, облегчая их таким образом, с удовольствием используя как посыльные средства и средство личного передвижения младших командиров.
Как позже я узнал из разговора с Грачевым, к нему на завод поступало множество просьб из армейских штабов об ускорении и увеличении выпуска «багги» – ну очень она понравилась армейцам. Хотя, если вспомнить историю, то у союзников было много легких внедорожников, и многие из них с пулеметами на универсальном станке, смонтированном в кузове машины. Все эти «доджи», «виллисы» были сильно востребованы в армии, а «багги» – почти то же самое, только без бортов и легче за счет этого.
За эту неделю наши части немного пришли в себя после боя за Баин-Цаган, а кроме того, пополнились личным составом и техникой. В основном это были бронетранспортеры различных модификаций: где, как не на войне или приближенному к ней конфликту, можно их качественно испытать по всем параметрам? Вот и отправили их прямо с заводов на фронт.
При нашем разговоре я обмолвился, что следующими эшелонами идет колесная бронетехника, в том числе и БКМ, вот Жуков и подождал пару дней. Думаю, в эшелон включили как минимум десяток БКМ, специально для начальства, вот Жуков и взял себе одну машину. Вместе с Жуковым приехал и Штерн, и тоже на БКМ, и тоже в сопровождении БТР-1 и «багги». Свое прибытие они не афишировали, машины встали в не просматриваемом с другого берега месте, а сами командующие прошли на НП, где и стали изучать противоположный берег в стереотрубу.
