Обычно завтрак шефу приносит Фриц, но в четверг Вульф дал знать по телефону, что хочет видеть меня прежде, чем удалится в девять часов в теплицу. Поэтому я подумал, что хорошо бы избавить Фрица от прогулки наверх. В пять минут девятого я доставил поднос на место и спокойно уселся на стул. Вульф, который иногда ел в кровати, иногда за столиком у окна, в это утро был уже за столом. Солнце ярко светило, и в его блеске желтая пижама сверкала так, что я должен был закрыть глаза. Шеф никогда не начинал говорить раньше, чем выпьет апельсиновый сок, а так как он не привык спешить с этой процедурой, я был осужден на терпеливое ожидание.
— Когда ты вернулся домой? — начал он.
— В два часа.
— Где был?
— В ночном клубе с девушкой. Это та, первая. Свадьба в воскресенье. Ее родители живут в Бразилии. Нет никого, кто мог бы стать ее посаженой матерью. Поэтому ты будешь моим посаженым отцом, если можно так выразиться.
— Глупости! — Вульф откусил кусок оладьи с маслом и ветчиной.— Как было?
— Вообще или по пунктам?
— Вообще. Паузы заполнишь потом.
— Пришло десятеро. В том числе адвокат женского пола. Женщина интересная, но холодная и твердая. Была также боевая старшая миссис. Мы выпили наверху в теплицах. Жертвой были два горшка Оксидиум. Прежде чем мы сошли...
— Форбеси?
— Нет, Варикалум. Прежде чем мы сошли вниз, дамы развеселились: я сел на твое место и предупредил Фрица, что после супа и пирожков они будут сыты, а утку только расковыряют. Так и вышло. Я произносил речи, подходящие к моменту, но об убийстве вспомнил только за кофе, когда они попросили меня рассказать что-нибудь интересное о работе детектива, чего я и ожидал. В ход была пущена наша теперешняя работа. В соответствующий момент я ввел в дело Веллимэна и миссис Абрамс.. Если бы ты присутствовал, то непременно растрогался, хотя и не показал бы этого. А они показали — вытирали слезы платочками. К слову сказать, Веллимэн считал, что я играю чересчур смело и захожу слишком далеко.
С миссис Абрамс он познакомился только вчера вечером и, несмотря на это, отвез ее домой. Разумеется, я упомянул, что имя Берт Арчер фигурировало в блокноте Рэчел Абрамс.
Я должен был это сделать, чтобы объяснить присутствие ее матери. Крамер завоет, если это попадет в прессу. Но в конце концов, это я обнаружил блокнот, а Крамер все равно твердит, что я слишком много болтаю.
— И я так думаю.— Вульф отпил горячий черный кофе.— Ты говоришь, что дамы были возбуждены?
— Угу. У них развязались языки. Начались горячие дебаты по поводу того, кто убил Дайкеса и кто донес на О’Маллея, бывшего старшего компаньона фирмы, лишенного адвокатских прав за взятку председателю суда присяжных. Дамы высказывали разные гипотезы, однако, если они располагают каким-то существенным доводом, решили сохранить его для собственных нужд. Одна из них, Элеонор Грубер, интересная девушка, только страшно хитрая, пробовала сбить меня с истинного пути... Она была секретарем О’Маллея, а теперь — Касбона, и говорила, что мы напрасно тратим время, разыскивая связи между Дайкесом, Джоан и Рэчел. Никто ей не возражал. Я решил прервать собрание и взялся за обработку дам по одной. Уже преуспел в этом, так как расспросил секретаря Симмета Филпса Цию Лондеро, пригласив ее в ночной клуб и спустив тридцать четыре доллара нашего клиента, чтобы завязать более тесные отношения. Это было моей непосредственной целью, но, однако, я улучил благоприятный момент, дабы намекнуть, что, в случае необходимости, мы вдребезги разобьем фирму «Корриган, Филпс, Касбон и Бриггс». Как ты уже слышал, свадьба в воскресенье. Я надеюсь, что Ция тебе понравится.— Я красноречиво развел руками.— Все зависит от дальнейшего развития событий. Если кто-нибудь из сотрудников фирмы приложил руку к этому делу, не исключено, что я положил хорошее начало. Если нет... Что ж? У мисс Грубер не только хорошая фигура, но и голова на плечах. Я могу сменить Цию на нее. Либо время нам поможет, либо ты сделаешь это раньше.
Вульф уже умял ветчину и яйца и как раз принялся за оладьи, густо намазанные медом. В конторе он давно бы разозлился, но, как правило, не позволял себе этого за едой.
— Я не люблю рабочих разговоров за завтраком,— сказал он только.
— Я знаю, что не любишь.
— Остальное доскажешь потом. Вызови Саула. Пусть узнает, что там было с лишением О’Маллея адвокатских прав.
— Я уже ознакомился с этим по полицейским актам. Ведь я говорил тебе.
— Не мешай. Саул займется этим, а Фред и Орри — знакомыми Дайкеса вне фирмы.
— У него не было никаких знакомых, о которых можно было бы говорить.
— Не мешай. Ими займутся Фред и Орри. Мы выдвинули гипотезу, и должны либо подтвердить ее, либо отвергнуть. Ты обрабатывай дам. Пригласи кого-нибудь на обед.
— На обед? Это неудобное время. У них только...
— Препираться будем позднее. Пока я хочу прочитать газеты. Ты уже завтракал?
— Нет. Я поздно встал.
— Тогда ступай, поешь чего-нибудь.
— С удовольствием.
