А ночью… Они и в самом деле могут пройти мимо, не заметив в темноте дрейфующих на воде обломков взорванного корабля.
Катрин поежилась от порыва ветра, жалея, что не может сменить мокрую рубашку на сухую, а обломок мачты — на кресло у разожженного очага, и вновь повернулась лицом к югу, в сторону затерянной среди волн Мартиники, ища среди солнечных бликов очертания парусов.
Боже милостивый, лишь бы он не солгал. Иначе солнце не оставит нам ни малейшего шанса.
Комментарий к III
*Склянки — название песочных часов с получасовым ходом во времена парусного флота: каждые полчаса часы переворачивал вахтенный матрос и сопровождалось это сигналом корабельного колокола. Отсчет склянок «обнулялся» каждые четыре часа.
*полувзвод курка также называют предохранительным взводом.
*«длинные девятки» (англ. long nines) упоминаются в «Черной Жемчужине» в сцене с реквизированием «Перехватчика», когда Джеймс бросает фразу “get them in range of the long nines”. В «волшебном» русском дубляже эту реплику перевели просто как «подойти на пушечный залп».
Для большей наглядности, устройство ударно-кремневого замка на пистолетах того времени хорошо разобрано в картинках на Вики (там даже гифка есть, показывающая, как высекается искра для выстрела): https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A3%D0%B4%D0%B0%D1%80%D0%BD%D0%BE-%D0%BA%D1%80%D0%B5%D0%BC%D0%BD%D1%91%D0%B2%D1%8B%D0%B9_%D0%B7%D0%B0%D0%BC%D0%BE%D0%BA
========== IV ==========
Солнечный свет проникал в капитанскую каюту сквозь пару крошечных квадратных окон в боковой стене, и рыжие закатные лучи ложились на пол каюты двумя яркими снопами, погружая остальную ее часть в приятную глазу тень. Заполнять корабельный журнал в такой тени, впрочем, было неразумно, поэтому пришлось зажечь свечу в железной лампе-фонаре с мутными стеклянными стенками.
Перо скрипело по желтоватой странице журнала, выводя безукоризненно ровные, красновато-черные* строчки — долгие недели тренировок под надзором учителя и удары по пальцам каждый раз, когда буква выходила недостаточно аккуратной или край строчки начинал загибаться книзу, — пока в тишине каюты не раздался торопливый стук в дверь.
— Капитан! — гаркнул Фрэнсис, возникая на пороге каюты. — Кораблекрушение к северо-востоку от нас. Впередсмотрящий заметил в воде обломки и нескольких человек. С вашего позволения, я уже отдал приказ подойти ближе.
Джеймс воткнул перо в чернильницу, поднялся со стула, оставив мундир висящим на высокой спинке, и вышел на палубу вслед за лейтенантом. Тот пронесся к правому фальшборту пушечным ядром и с щелчком раскрыл подзорную трубу.
— Благодарю, — сказал Джеймс, хотя и обломки, и цепляющиеся за них люди уже были видны невооруженным глазом. Если, конечно же, знать, куда смотреть. Вздумай он бросить случайный взгляд за борт, то поначалу мог бы и не заметить движения в неспокойных волнах, отражающих слепящие глаза солнечные лучи.
Несколько мужчин, уже машущих руками приближающемуся кораблю и выкрикивающих что-то неразборчивое. Пара женщин, цепляющихся за кое-как связанные вместе обломки досок. И… еще один человек, бессильно вытянувшийся на покачивающемся в волнах обломке мачты со скомканным парусом. Человек в мужской одежде, но уронивший в воду длинные, закрывающие лицо темные волосы. Он… она шевельнулась, очнувшись, верно, от криков потерпевших крушение, медленно подняла голову, и Джеймсу показалось, что он разглядел даже блеснувшие в покрасневших глазах слезы.
Нет! Бога ради, не вздумай…!
Она соскользнула с обломка мачты прежде, чем он успел закончить эту мысль. Быть может, слишком устала, чтобы держаться. Или совершила ту же ошибку, что и многие другие до нее. Поддалась тому чувству надежды, что внушил ей вид приближающегося корабля, и бросила последние силы на бессмысленную попытку добраться до него. Бессмысленную, потому что они и так подняли бы ее на борт, если бы она смогла подождать еще немного. Волна накрыла едва виднеющуюся над водой темноволосую голову один раз, второй… Джеймс сложил подзорную трубу, расстегнул перевязь со шпагой и протянул их Фрэнсису. Тот послушно взял, но ответил с неприкрытым сомнением.
— Капита-а-ан…
— Мы слишком далеко, она может не доплыть, — бросил ему Джеймс, хватаясь рукой за ванты и вскакивая на фальшборт.
— Она? — повторил Фрэнсис и получил в ответ шумный плеск воды за бортом. — Сапоги бы хоть снял! А, чтоб тебя, герой. Утонешь — сам будешь виноват. Спустить паруса! Лечь в дрейф! Лейтенант Гроувз, шлюпку на воду! Подберем этих бедолаг! Лейтенант Джиллетт, сбросьте веревочный трап, когда капитан изволит спасти даму!
Дама же не иначе, как вознамерилась утонуть всерьез, потому что ушла под воду, когда до нее оставалась всего пара жалких футов, и зашлась надрывным кашлем, когда ее вновь вытащили на поверхность.
— Всё хорошо, я тебя держу.
— Джеймс, — всхлипнула Катрин, цепляясь за него обеими руками, и бессильно уронила голову, едва не хлебнув морской воды. — Джеймс.